Развернувшись, Джина побежала вверх по лестнице, но что-то ее остановило, она обернулась и посмотрела на меня.
– Поступки бывают преднамеренными, ради достижения желаемого.
Она хотела настроить меня против брата, говоря двусмысленно. И я бы поверила, если бы совсем не знала Кристиано.
Вернувшись к столу, я продолжила есть, но на Кристиано не было лица, Антонио пододвинул ему бокал с виски, и муж к нему не притронулся, просто облокотившись на спинку стула, уставился в одну точку.
– Видимо мы что-то упустили в воспитании нашего младшего ребенка. Я, как мать, прошу прощения за свою дочь.
– Вам не стоит извиняться, – отмахнулась Лиа, заполняя комнату нежным голосом. – Джина просто учится на своих ошибках, в этом возрасте вылетают самые ужасные слова, но они не имеют смысла.
Мой телефон завибрировал, и я, не посмотрев на экран, сразу же приняла звонок, коротко извинившись, выходя на улицу.
– Витэлия, – голос Розабеллы был тихим, но я уловила беспокойство.
– Что случилось?
– Пока ничего, но…
Она замолчала, на фоне послышались голоса, но мне не удалось разобрать ни слова. Было похоже, что кузина пряталась от посторонних лиц без возможности говорить открыто.
Я задержала взгляд на белом седане Лиа, который стоял припаркованный у ворот примерно в тридцати метрах от крыльца.
– Розабелла?
– Мы в больнице, кажется, у бабушки случился сердечный приступ.
Дверь резко распахнулась, и передо мной появился Кристиано, его глаза выглядели испуганно, и в ту же секунду раздался взрыв.
Падая на колени, я закрыла голову руками, выронив телефон. Осколки метала и пластика, разлетевшиеся по периметру, достигли нас у входа. Сильные руки Кристиано обвили мою талию, сильнее прижимая к себе и пряча в объятиях.
Мелкие камни с землей посыпались сверху, и через минуту до нас дошел запах горючего.
Крики охраны, доносящиеся у ворот, достигли моего слуха, и на крыльцо выбежал Антонио, а за ним Лиа и Ясмина, остановившись в дверях.
– Ты не ранена? – взяв в руки мое лицо, поворачивая к себе, спросил Кристиано.
Взглянув через его плечо, увидела оранжевое пламя, стремительно жаждущее охватить другие автомобили, которое старательно пытались потушить люди Ндрангеты. Машина Лиа превратилась в кабриолет, в котором не было даже намека на двери.
Вернувшись к обеспокоенным глазам Кристиано, я кивнула и вспомнила, что разговаривала с Розабеллой. Вырвалась из объятий в поисках телефона, к счастью звонок прервался.
Кристиано присоединился к брату, отгоняя оставшиеся машины, подальше от пожара.
– Все хорошо? – коснувшись моего плеча, спросила Лиа, но продолжала нервно смотреть на свою машину. – Кристиано позвонили, и он сразу же побежал за тобой.
Я не знала, как можно было совместить все это, меня, звонок и машину Лиа. Как бы я не пыталась, пазл в голове не собирался.
Было ли это покушение на Лиа? Кто звонил Кристиано?
Не оправившись от взрыва, в голове все еще крутились слова Розабеллы. Патриция в больнице, я быстро набрала смску, чтобы она меня держала в курсе дальнейших событий. Охрана уже потушила большую часть пламени.
Набирая номер дяди Валерио, включился автоответчик, прикусив щеку от волнения, я стала ходить из стороны в сторону, пытаясь совладать с нервами. Теодоро был единственным, кто стабильно находился в зоне доступа, прошло три гудка, прежде чем он поднял трубку.
– Что произошло? – без приветствия я приступила к расспросам. – Почему она попала в больницу, Тео?
Сглотнув, я была готова к любой информации. Рано или поздно это должно было произойти, Патриция никогда не жалела себя, но возраст это то, с чем человек не мог примириться и подчинить себе, становясь слабее и менее выносливее, требовалось больше отдыха на восстановление сил. Но она делала все с точностью до наоборот, не потому что не могла примириться со старостью. У Патриции не было доверия, она не видела приемников даже в лице единственного живого сына и все еще сомневалась.
Валерио прекрасно справлялся с делами управления, как босс Калабрии, но не как не член тайного общества Санта.
– Успокойся, все в порядке, – голос Теодоро был спокойным, я выдохнула, прижимая ладонь ко лбу, на пару секунд прикрыв глаза. – Ее состояние стабильно, она находится под наблюдением наших врачей.
– Последний раз ей нездоровилось, когда мы разговаривали. Уверена, есть что-то еще, кроме переутомления, – я почувствовала, как чья-то рука схватила меня за локоть, и, обернувшись, увидела Ясмину, она взволнованно смотрела на меня.
– Витэлия, я не тот, кто должен говорить тебе это но…– Тео замолчал, а затем вздохнул. – Она много курит и практически не отдыхает, к какому итогу это должно привести?
В такие моменты хотелось быть глупой, наивной маленькой девочкой, которая верила в сказки и надеялась, что любимые люди проживут еще вечность до того, как закроют глаза и покинут мир навсегда.