Сегодня Алекс работала из дома, дистанционно: делала звонки и составляла отчеты о вчерашнем дне. Стоило ей вспомнить, как они с Отилией вместе провели время в «Тыковке» и катались на карусели, как она поймала себя на том, что улыбается. Что ни говори, а эти несколько часов позволили на время отвлечься от всех проблем. До того как отправиться к Уэйдам, ее нервы были натянуты, как канат, главным образом из-за безобразной сцены, которую закатила мамаша Питера Лича. Впрочем, в последние дни все в ее жизни шло наперекосяк. Возможность несколько часов поработать дома показалась ей сродни мини-отпуску. Она как будто перенеслась в оазис или, точнее, в точку штиля посреди воронки циклона.
Когда она пришла на работу, не было никаких сомнений: неприятности не заставят себя ждать. Вчера вечером, когда она уходила домой, ей на доске объявлений в глаза бросилась записка Венди, в которой говорилось, что начальница хочет ее видеть, «как только мисс Лейк найдет для этого время».
Хотя в данный момент Венди занимала последнее место в списке ее проблем, стоило Алекс подумать о начальнице, как голову ей как будто сжал железный обруч. «Немедленно прекрати даже думать о ней», – приказала она себе и принялась проверять электронную почту. Ничего срочного. Увы, от Джейсона писем не было, отчего ей стало еще даже хуже, чем она была готова себе признаться.
Однако, прежде чем закрыть почту, она прочитала письмо своей коллеги из Южного Кестерли. Та сообщала, что другая их коллега, Пенни Гантер, по рекомендации врача по причине стресса на три месяца отстранена от работы. Ничего удивительного. Ни для кого не секрет, что Пенни слишком близко к сердцу приняла увечья, нанесенные одному из ее подопечных мачехой и дедом. Алекс моментально отправила Пенни эсэмэску с выражением моральной поддержки.
К тому времени, когда Алекс закончила, голова у нее уже шла кругом, а в животе урчало так громко, что это урчание услышал бы даже глухой. Увы, стоило ей только посмотреть на еду, как во рту моментально пересохло, а аппетит куда-то улетучился. Со сном тоже были проблемы. Например, прошлой ночью она вообще не сомкнула глаз, не в силах выбросить из головы жуткую комнату, которая может стать ее будущим домом.
Невозможно сказать, когда ее в последний раз убирали или делали в ней ремонт. Брр, как вообще можно здесь жить? Единственное грязное окно выходило на задворки таких же убогих домов. Квартирка наводила такую тоску, что Алекс испугалась, что если поселится в ней, то наверняка наложит на себя руки. И дело даже не в том, что квартира была размером со спичечный коробок – против скромных размеров она ничего не имела, но только не здесь, не в этом клоповнике!
И если перспектива остаться без крыши над головой или хотя бы впасть в депрессию пока была не способна ввергнуть ее в бессонницу, тревога за Отилию могла в любой миг сделать свое черное дело. Интересно, эти ее странные родители хотя бы удосужились спросить у девочки, как прошел ее день в садике? Отец наверняка поинтересовался. Учитывая, кто он такой, это было бы первое, что он спросил, войдя в дом.
А Отилия? Рассказала она им про Хлою и про катание на карусели? Заговорила ли она с ними вообще? Ждала ли завтрашнего дня, чтобы снова отправиться в сад?
Алекс, как и было договорено, должна была забрать ее из дома в одиннадцать и теперь пыталась спланировать свой день так, чтобы успеть провести с девочкой какое-то время, прежде чем отвезти ее домой. Может даже, она сумеет еще разок прокатить Отилию на карусели или же вдоль пляжа на ослике, если, конечно, эти серые упрямцы все еще там. Можно также взять ее в магазин игрушек и посмотреть, какие привлекут ее внимание. Кстати, это помогло бы получить о ней ценную информацию.
Ее мысли нарушил телефонный звонок. Алекс вздрогнула и схватила трубку, в надежде что это Томми… или Джейсон. Увы, кто-то не туда попал. Она положила трубку на место и попыталась отогнать от себя гнетущее ощущение одиночества. Как же пуст этот дом, как уныл! Или виновато ее настроение? Вот она и воспринимает его таким?
Опустив лицо в ладони, она подождала, пока волна тоски пройдет. Господи, как же ей недостает Джейсона! И вот теперь ей грозит лишиться и дома, и Милли, не говоря уже о работе! Алекс поймала себя на том, что в мыслях то и дело возвращается к своей родной семье. Увы, бесполезно даже пытаться представить, какой была бы ее жизнь, останься она с ними.
И все же она пыталась.
Пусть она не была для родителей желанным ребенком, но ведь были еще бабушка с дедом и брат. У нее был брат. Брат! Ведь это здорово – иметь брата.
Ей тотчас же подумалось о том, что и Отилия тоже не знала своего братика. «Прекрати, – одернула себя Алекс, – нехорошо слишком увлекаться чужими детьми. А почему нет? Что в этом плохого?» Казалось, Отилия, словно котенок, свернулась в клубочек вокруг ее сердца, потому так ей уютно и тепло.
