– Я уверена, что, учитывая специфику вашей работы, – сказала она, – вы постоянно сталкиваетесь с такой проблемой. Скажу честно, меня удивляет, почему вы отказываетесь занять твердую позицию в этом вопросе. Тем более что вы сами отлично знаете, как благотворно действует на ребенка контакт со сверстниками и…
– Разумеется, я это прекрасно понимаю. Более того, скажу, что мы не намерены оставлять наши попытки. – Он быстро посмотрел на жену, после чего одарил Алекс беспомощной улыбкой. Из чего Алекс сделала вывод: Уэйд пытается показать ей, что Эрика, лишившись в свое время сына, теперь отказывается отпускать от себя дочь.
Если это так, то Алекс была готова посочувствовать бедной женщине, но ни в коем случае не поощрять ее в стремлении изолировать дочь от общества.
– Пока же мы сами своими силами учим ее читать и писать, – произнес Уэйд своим самым проникновенным голосом. – И, как мне кажется, она уже демонстрирует определенные способности к арифметике.
Алекс отреагировала слабой улыбкой. Нет, ей нужно в срочном порядке преодолеть свою неприязнь к этому человеку, чтобы враждебность не подталкивала ее к предвзятым выводам, прежде чем ей станут известны все факты.
С другой стороны, не зря ведь говорят, что первое впечатление самое верное. Так что, может, ей не стоит спешить проникнуться к нему симпатией.
– Скажите, у нее есть подружки? – спросила она.
Лицо Уэйда вновь приняло выражение полного бессилия.
– Как я уже сказал, ребенок крайне застенчивый, – с трагическим видом повторил он.
Алекс ждала, что он добавит что-то еще, но Брайан лишь откусил кусок булочки и пальцами отправил в рот сливки и джем.
– А как насчет родственников? – поинтересовалась Алекс. – У девочки есть двоюродные братья и сестры?
Уэйд покосился на жену.
– К сожалению, мы оба – единственные дети, а наших родителей, увы, уже не в живых. Так что нас всего трое – мы с женой и Отилия.
– Скажите, а вы сами успели обзавестись друзьями здесь, в Кестерли? – спросила Алекс, ставя на стол чашку и блюдце, и в упор посмотрела на Эрику Уэйд, в надежде услышать от нее хоть какой-то ответ.
– Да, друзья есть, – ответил за жену Уэйд, – но мы не любители шумных вечеринок, будь то дома или в ресторане.
– А как насчет хобби?
– Ну, конечно! Я участвую во многих внешкольных мероприятиях, а Эрика любит музыку.
Алекс подождала, в надежде, что Эрика что-то добавит по этому поводу, но та лишь сидела, глядя на свои худые пальцы, в которых она вертела телевизионный пульт.
– Куда вы ходите с Отилией, когда отправляетесь с ней гулять? – поинтересовалась Алекс.
Уэйд на миг сделал задумчивое лицо.
– Дайте вспомнить. Ну, во-первых, в хорошую погоду на пляж. Отилия боится осликов, хотя, как мне кажется, понемногу преодолевает свой страх. Мы гуляем с ней по пирсу и в парке. Но я бы не сказал, что ей нравятся эти прогулки, вокруг слишком шумно, слишком много других детей. Думается, было бы неплохо познакомить ее с ребенком ее возраста, девочкой или мальчиком, чтобы она постепенно научилась общаться с другими детьми. Мне кажется, это пошло бы ей на пользу.
Алекс так и подмывало спросить, почему это не было сделано раньше. Однако она сдержалось – во время первого визита лучше не быть излишне напористой. Вместо этого она решила сменить тему.
– Скажите, а почему ваш ребенок до сих пор не поставлен на медицинский учет?
Уэйд изобразил удивление.
– Это почему же? – возразил он. – Мы наблюдаемся у доктора Эйдена с Эбботсвуд-роуд.
– Я знаю, но в ее возрасте Отилия должна проходить регулярные медосмотры патронажной сестрой. Я же не нашла никаких данных по этому поводу.
Щеки Уэйда порозовели.
– О боже! Мне стыдно признаться, но я совершенно забыл про эти осмотры! Ну, конечно же, это нужно немедленно исправить. Я беру на себя полную ответственность за эту оплошность. Я должен был поставить ребенка на учет, как только мы переехали сюда. Но сами понимаете, в суматохе переезда это просто вылетело у меня из головы. – Уэйд озабоченно посмотрел на жену. – Это было трудное для нас время, – негромко произнес он. – Нам и сейчас непросто.
Он явно имел в виду смерть сына. Понимая, что развивать дальше эту тему бессмысленно, Алекс сделала мысленную пометку: нужно будет обязательно узнать у врача, почему тот не организовал визиты патронажной сестры.
– Ну, а теперь я хотела бы посмотреть на Отилию. Не могли бы вы привести ее сюда?
Уэйд посмотрел на жену.
– Дорогая, может, ты сходишь за ней, я пока налью мисс Лейк еще одну чашку чая?
Не проронив ни слова, Эрика Уэйд поднялась с кресла, положила пульт назад на стол и, даже не взглянув на Алекс или мужа, словно темная тень выскользнула из комнаты.
Закрыв за ней дверь, Уэйд вернулся в свое кресло.
– Думаю, я должен вам кое-что сказать, прежде чем вы встретитесь с Отилией, – негромко произнес он.
Заинтригованная, что же это может быть, Алекс пристально посмотрела на него. Уэйд каким-то совершенно женским жестом сцепил на коленях руки.
