Хельга сидела у дальней стены спиной к экрану, не в силах смотреть на позор своего любимого человека. Только любимого ли? Сейчас она сильно сомневалась в том, что сможет хоть когда-нибудь выбросить из головы то, что видела сегодня. Хельга винила во всем только себя: если бы она не потащила за собой Тома, не вскружила ему голову, не сбила с толку, то он никогда бы не испытал того ужаса, который испытывает сейчас. Но он ведь обещал беречь ее, защищать и быть опорой во всем до конца жизни? А на деле не может просто взять себя в руки, успокоиться и попытаться найти выход из лабиринта.
— Я не могу больше мучить его, — вздохнув, сказал Дракон, и Хельга встрепенулась, как от удара. — Он так там с ума сойдет, мне это не нужно. Не для того этот лабиринт предназначен.
— Делай, что хочешь, — вяло махнула рукой Хельга. — Мне уже всё равно.
— Закрой глаза.
Хельга послушалась и почувствовала, что стены и пол снова затряслись. Вскрикнув, она завалилась на бок и через секунду почувствовала, как что-то плюхнулось возле нее на пол. Приоткрыв один глаз, она поняла, что это Том.
— Хельга, милая, прости, я не смог тебя найти! Я ничтожество, — хныкая и чуть не плача, сказал Том и кинулся обнять девушку. Хельга, не проронив ни слова, без особого удовольствия вытерпела его сильное объятие.
— Я прощаю тебя, Том, — ровным голосом, совсем без эмоций, сказала девушка.
— Я рад, что у всех всё благополучно, все живы и здоровы, — кашлянув, сказал Дракон. — Но, я думаю, это всем ясно, испытание вы не прошли, а значит, я не обязан выполнять ваши желания. Так что идите с миром, мы в расчёте.
Том вскочил на ноги, взял Хельгу за руку, и волоком потащил прочь из пещеры. Хельга не сопротивлялась, как будто разом утратила волю к жизни. Дракон печально смотрел в след удаляющимся гостям, которые даже не нашли для него нескольких прощальных слов.
— Куда ты меня тащишь? — спросила, наконец, Хельга, когда они оказались на свежем воздухе.
Том, все ещё в шоке, повернулся к ней и лихорадочно осмотрел с ног до головы.
— Ты точно в порядке, любимая? — от этого нежного слова все внутри девушки как будто содрогнулось. Она окончательно поняла, что больше никогда и ни за что не хочет быть его любимой. — Ты очень бледная. Я за тебя беспокоюсь.
— Но, если беспокоишься, то почему не искал, я не понимаю? Почему бегал там, как будто тебя кто в зад клюнул, рвал на себе волосы и громко выкрикивал мое имя? Что же ты за мужчина такой, если не можешь бороться со своими страхами? Ты сколько ещё собираешься прятаться за мою спину?
Том, шокированный ее словами, стоял и смотрел на девушку широко раскрытыми глазами.
— Откуда ты всё это знаешь? Где ты видела, как именно я бегал по этому лабиринту?
Хельга рассмеялась. Смех вышел каким-то злым.
— Том, это уже совершенно неважно, — вместо ответа сказала она. — Давай сейчас расстанемся. Возвращайся домой, а я пойду дальше. Я не собираюсь отступаться от своих слов, к семье своей я не вернусь. Я ты возвращайся, тебя никто подозревать не станет. Все же знают, какой ты трус. Это только я не хотела в это верить.
— Как это? В смысле? Расстанемся? Я ничего не понимаю! Хельга, ты с ума сошла? — парень готов был снова разрыдаться, как маленькая девочка, но уже от обиды. — Ты меня бросаешь? А как же наша мечта? Мы же хотели быть вместе!
— Том, я прошу тебя, не нужно устраивать сцен, — устало сказала девушка. — Я больше не люблю тебя, я не верю тебе, я не доверюсь тебе. Может, я слишком многого от тебя хочу, но мне невыносимо знать, что рядом будет человек, который при первой же опасности начнет рыдать и рвать на себе волосы. Извини, если обидела — я не со зла. Просто так получилось, понимаешь?
Хельга отвернулась от Тома, чтобы не смотреть в его глаза, и не заметила, как зло сощурились его глаза и сжались пудовые кулаки кузнеца. Одним рывком он повернул ее к себе и схватил со всей силы ее плечи. Сильная боль пронзила ее руки до самых кончиков пальцев. Слезы боли брызнули из глаз.
— Что ты делаешь, Том? — прохрипела девушка, почти теряя сознание от боли. Лучше бы он ее сразу убил. — Мне очень больно, отпусти меня.
— Нет, дорогая моя, так не поступают, — прошипел он ей в лицо и сильнее сжал её плечи. Хельга поняла, что ещё секунда, и она рухнет замертво от болевого шока. А Том тем временем все ближе наклонял к ней свое лицо, перекошенное обидой и яростью. — Я любил тебя, глупая ты девка, а ты меня бросить удумала. Не получится! Сначала я получу то, что мне принадлежит по праву, а потом сам тебя брошу.
И Том, совершенно обезумев, одной рукой начал срывать с девушки ее дорожное платье, которое лоскутами разлеталось по сторонам. Стыд, боль, страх и разочарование овладело девушкой. Почти теряя сознание, она заметила яркую вспышку ярко-красного пламени, ощутила нестерпимый жар и поняла, что стальные тиски вокруг плеч резко ослабли. А потом, уже сквозь пелену тумана услышала, как захрипел в предсмертной муке Том.
Открыв глаза, она увидела над собой мужчину, который с тревогой и надеждой смотрел на нее большими изумрудными глазами.
— Это ты?
— Кто я?
