— Хватит! — В бешенстве закричал эльф и запустил вдаль бокал, из которого пил красное вино. — Что тебе надо? Оставь меня в покое, я не хочу больше быть твоим хранителем.
Но Зуллор не давал покоя, зудящий шепот продолжался в голове.
— АААА! — Закричал принц, схватившись за голову. С ненавистью глянул на корону, которая лежала на маленьком столике. Подошел, уперся руками в комод, и посмотрел на свое измученное лицо, в зеркало. Хотелось схватить корону и выбросить так же как до этого бокал, но что-то не давало это сделать, видно еще не совсем принц эльфов дошел до точки где кончается разум и начинается безумие.
— Ты не спас тех, кого я любил, что требуешь теперь? — Прошептал Тир. Он взял в руки каменную фигурку, которая висела на груди, и поднес к глазам.
— Прости любимая, как я хочу уйти за тобой, но пока не могу. Хочу насладиться падением Зуллора. Увидеть его мертвым, таким, какими стали другие эльфийские леса.
Шепот усилился, принц сморщил лицо, словно от боли.
— Что не нравиться? — Он засмеялся словно сумасшедший. — А мне хорошо. Без Нехты ты погибнешь. И я увижу это.
Зашла служанка, молоденькая эльфийка. Низко поклонилась и спросила:
— Сьер Ноярис просит о встрече, прямо сейчас.
— Где он? — Спросил Тир.
— Ожидает в приемном кабинете. — Эльфийка поклонилась и быстро выскочила вон, вид хранителя пугал. Тир медленно надел темную кожаную жилетку, нехотя собрал в хвост волосы, и пошел на встречу с Ноярисом. Сьер был когда-то ему другом. Вместе росли, вместе учились, состояли в одной скилле молодых лучников, потом их дороги разошлись. Тир хотел быть воином, а Ноярис ученым.
Сьер стоял возле стеллажей и задумчиво перебирал корешки старинных книг.
— Сьер… — Хрипло сказал Тир.
Ноярис вздрогнул и посмотрел на принца. Его взгляд выражал сожаление, которое не понравилось хранителю.
— Ты хотел меня видеть. — Сказал Тир и подошел к столику, на котором стоял графин с водой. Налил себе воды в бокал, выпил залпом. Ноярис молча, наблюдал, потом, как будто опомнился и присел на одно из кресел, словно его ноги не держали.
— На правах старого друга, прошу выслушать меня, не перебивая.
Хранитель пожал плечами и сел в кресло рядом. На лице промелькнуло недовольство, но Тир сдержался, все-таки Ноярис был братом его второй жены.
— Я хочу поговорить о Мариусе, — принц хмыкнул, он ожидал этого, — я понимаю твои чувства и знаю, что против воли мил не будешь, но он твой сын. Прошу тебя поговори с ним. Происходит что-то страшное. Недавно он чуть не умер, если бы не Лиена… — сьер эмоционально взмахнул руками. Тир вздрогнул:
— Что сделала горгона? — Спросил он и с силой сжал подлокотники кресла.
— Вылечила, конечно, — сказал Ноярис, — Нехта помог ей. Не думал же ты, что камень хранителя просто так, у неё на лбу поселился. И если бы ты раньше поинтересовался… у нее печать светлой богини.
Тир скривился:
— Ты хотел поговорить о моем… — эльф запнулся, — моем сыне. Почему он был при смерти?
— Не знаю, все случилось очень быстро, он был тут, на древе, я ощутил магический след, но что здесь случилось, не говорит. Лишь то, что не рассчитал сил для перемещения. Королеве просил не рассказывать, я решил посоветоваться с тобой. Он молчит, все время.
Ноярис выжидающе посмотрел на хранителя. Тот немного помолчал, а потом сказал:
— Ты думаешь, он скажет мне? Знаешь Ноярис, я не участвовал в его жизни, и дальше буду держаться в стороне.
Сьер побледнел:
— Ты, превратился в тролля Тир, тебе никто не нужен. И думаю, что и ты уже никому не нужен. Я жалею, что решил обратиться к тебе. Надеюсь, мой племянник не будет похож на тебя.
Ноярис быстро подскочил с кресла и скрылся за дверью.
Минуту хранитель смотрел в одну точку, на лице промелькнули разные эмоции, от злости до сожаления. Потом он нехотя встал и потянулся. Что-то вертелось в голове, что-то, о чем ему надо подумать и осмыслить, но он не мог ухватить эту мысль, словно… словно кто-то мешает. Тир побледнел. Только не это… Кинулся в свои покои, судорожно стал рыться в огромном шкафу. Облегченно вздохнул и вынул маленькую коробочку. В ней на мягкой подкладке лежал синий пузырек.
— Если не сможешь вспомнить… — пробормотал хранитель и откупорил сосуд. Раздался хлопок, и в воздухе, обретая форму, появилось видение. Молодая и очень красивая горгона. Тир замер, он боялся даже дышать. Видение взмахнуло прозрачными руками и улыбнулось:
— Вспомни, вспомни, вспомни… — повторило многократное эхо, Арина его единственная любовь, была сильным зельеваром. Ей хватало просто посмотреть на ингредиенты и она уже знала, что создаст и как лучше это сделать. Это зелье её подарок. Оно снимает все негативные ментальные блоки на памяти.
