Прошел день. Есть мне не давали, и правда зачем на мертвого еду тратить. Утром пришли несколько магов. Два подхватили под руки и потащили на выход. Остальные словно конвой зорко следят за моими движениями. На лица я даже не смотрю, не зачем. На большом прямоугольном дворе собрались все жители усадьбы и половина деревенских. Смотрели на меня по- разному. Маскировки не было и теперь они любовались мной, во всей красе. Почти у всех в глазах страх. Были такие, которые плевали на меня, кто-то отважился кинуть камень, который не долетел. Лишь повариха Гата сердобольно качала головой. Что взять с людей, которым с детства вдалбливают ненависть к темным, подогревая её бедами, в которых всегда есть, кого обвинить. Я не обижалась, хотя было не приятно. Многих я знала близко, помогала лечить знахарке от болезней и травм. Ладно, бог им судья. Меня привязали к толстому столбу, под ноги наложили сухой хворост. На широком крыльце стоял архимаг, при параде. Фиона, с темными кругами на глазах, я дернулась. Глаза не были пустыми, в них застыла боль. Я, не веря, улыбнулась, наверно заклинание все-таки подействовало на знахарку, она пришла в себя. Но чего ей это стоило… Рядом на деревянной каталке похожей на инвалидную коляску сидело нечто. Лицо словно восковое, с яркими алыми губами. Существо привязано, но постоянно дергается и издает хриплые звуки. Я посмотрела на людей. Ау! Люди! Рядом с вами лич! Пусть и не понятно, как сделанный, потому что не потерял человеческие черты лица, но это точно нежить. Злобная гадкая тварь. Я перевела взгляд на Фиону. Она понимает кто рядом, но нечего не может сделать, пока. Двадцать магов и столько же оларов не шутки. Я улыбнулась открыто, чем вызвала проклятия толпы и недовольную мину архимага. Тот открыл рот и пафосно воскликнул:
— Радуйтесь люди! Сегодня мы поймали тварь, которая умертвила нашего короля. — Ого, значит, король умер — Мы предаем её суду нашей светлоликой богини. Пусть освященный огонь очистит этот мир от скверны!
Я улыбнулась, пора мой ночной план в действие вводить:
— Не верьте ему люди! — Так же воскликнула я. — Херомус обманывал вас все эти годы. Он сам отравил короля, и продал королевича эльфам.
Я, конечно, понимала, что они мне не поверят, но как загомонили.
— Светлая богиня не желает моей смерти, она не даст мне сгореть на вашем жалком костре. Задумайтесь люди, — кричала уже через дым, охватившего меня огня, — я доказательство того что Инсуу помилует и не даст сгореть темной, потому что я говорю правду.
Ну, вот и все господа зрители, теперь очередь за моим новым приобретением. Лиль, которая висела на шее, была не видимой чужому взгляду. Уж не знаю, почему она дала Фионе ударить, но сейчас я была уверена, что амулет сработает верно. И гореть мне где-то пять дней, если у них дрова не кончаться. Я гаденько хихикнула. Дым, конечно, может меня отравить, но слава богиням ветер относит его в сторону. А какие умильные рожи у моих казнителей. У Херомуса скоро глаза от злости повылазят. Фиона как-то замерла и облегченно вздохнула, значит точно пришла в себя. Лица магов ошарашенные, ведь я давно должна орать от боли. А тут улыбчивое лицо, нагло подмигивает, от чего архимаг покрывается красными пятнами и подозрительно синеет, может сердечный приступ?
Я в коконе, бешеный огонь бьется, словно живой вокруг, пытается лизать пятки и гипнотизирует своим танцем. Тяжело не смотреть на огонь, если он вокруг тебя. Я закрыла глаза, не учла, того как это на меня действует. Интересно успеет Марцел прийти на помощь, надеюсь, придет вовремя.
Вдруг сквозь треск горящего хвороста услышала шум. Открыла глаза и попыталась рассмотреть, из-за чего так всполошились люди. Открытые ворота пытаются закрыть, но что-то черное быстро проскальзывает внутрь. Нет! Только не это!
— Нет! — Закричала я во весь голос, срываясь на хрип. Глупыш, зачем он пришел. Танк словно кегли раскидывает оларов, которые напали на тага с длинными алебардами.
— Уходи! — Кричу я. — Со мной все будет хорошо!
Боже, почему он меня не слушает? Почему он пришел? Маги приготовились к удару:
