Вокруг стояла тишина. Лишь редкая птица пролетала над головами, а где-то вдалеке выли дикие псы. Кирен передернулась. С этими тварями у нее были свои счеты. Когда-то давно еще маленькой девочкой на них с братом напала стая диких псов. Кирен было тринадцать лет, она не смогла спасти брата. А друзья, с которыми они ходили в лес полакомиться ягодами, слишком поздно сообщили взрослым, что Кирен с братом пропали. В тот день, сидя на дереве и с ненавистью смотря на псов, обгладывающих труп самого родного человека, у Кирен проснулся дар темной. Сила вырвалась спонтанно и когда вышедшие искать детей люди пришли на место схватки, псы были мертвы, а девочка с черными, словно ночь глазами никого не узнавала. Сейчас услышав ненавистный вой, тёмная напряглась, но скоро поняла, что стая находиться очень далеко, а горное эхо словно обманывая, сбивает с толку резонансом. Беглецы поужинали и легли спать, смастерив из мягкой травы что-то наподобие лежанок. Кирен почти засыпала, когда услышала, как хрустнула сухая ветка под чьей-то неосторожной ногой. Секунду и тёмная была на ногах, вытащила из-за голенища большой нож, с которым не расставалась никогда и вспыхивающими искрами глазами уставилась в темноту:
— Саес, — тихо позвала Кирен видящего, — просыпайся кто-то идет.
Саес нехотя встал и совсем не остерегаясь, протирал сонные глаза. Вокруг словно красные огоньки светились глаза. Было слышно, что кто-то огромный фыркает и надрывно вздыхает. Кирен задом попятилась к видящему и заслонила его от надвигающихся монстров. Раздался страшный и такой знакомый рев, а затем, ломая маленькие кустики и молодые деревца на маленькую полянку, вывалился черный таг.
— Танк, — удивленно воскликнула Кирен, но позы не поменяла, со страхом ожидая, что будет делать питомец горгоны. Таг встряхнул шипастой головой, освобождаясь от мелких веточек и листьев, а потом шумно вдохнул запах беглецов. И тут на и без того тесную полянку стали выходить другие черные таги. Кирен насчитала девять вместе с Танком и в ужасе пятилась, отталкивая Саеса в лес. Ящерицы рыкали друг на друга и молотили страшными хвостами по жухлой траве.
— Не бойся Кирен, — вдруг весело зашептал за ухом Саес, — они спорят, кому ты будешь принадлежать. И я знаю кто победит.
— Откуда ты знаешь, — также шепотом спросила удивленная Кирен, — ты их понимаешь?
— Нет, я просто видел тебя верхом на ней. — Сказал Саес и указал на самую большую самку. Та словно, наконец, выиграла большой спор, вразвалку нервно швыряя хвостом траву пошла на Кирен. Темная замерла и с каким-то затаенным любопытством смотрела на тагу. Лиена рассказывала о том, как нашла Танка и как они инициировали родство душ, тогда ее душила зависть, и она тоже мечтала о таком питомце. Сейчас, когда ее мечта стоит рядом стало страшно, ведь укус тага смертелен и были случаи, когда инициированные умирали, не принимая слияние.
Самка подошла ближе и что-то рыкнула другим тагам. Стая отступила подальше. Кирен нечего не оставалось, как подать руку. Очень аккуратно тага укусила ладонь темной и в то же время из раны по руке к телу покатились мелкие колючие шарики. Кирен чувствовала, как по венам течет яд, чувствовала, как он растворяется в ней и чье-то присутствие касается ее сущности. Темная потеряла сознание. У каждого слияние проходит по — разному и сейчас антрацитовая самка с тревогой обнюхивала голову своей хозяйки. Саес потормошил женщину и спокойным голосом увещевал очнуться. Когда Кирен пришла в себя, было уже утро. Стая черных тагов вповалку лежали на краю поляны. Рядом посапывал Саес. Почувствовав, что хозяйка проснулась, вскинула голову ее тага. Кирен улыбнулась, это было приятно.
— Я называю тебя Ласа. — Нежно сказала темная. Укус на руке уже затянулся и теперь лишь белый шрам указывал на слияние. Ласа нетерпеливо подскочила к Кирен и, требуя ласки, ткнулась прохладным носом в ладонь. Рядом проснулся Танк. Женщине показалось, что таг тоскливо посмотрел на них и жалобно рыкнул.
— Нечего Танк, — сонно потягиваясь хриплым со сна голосом, сказал Саес, — очень скоро мы найдем Лиену, и ты сможешь выказать ей свою обиду.
Кирен сочувственно посмотрела на тага и вдруг с удивлением поняла, что вся стая теперь будет идти за ними. Словно подтверждая ее догадку, таги с надеждой смотрели на тёмную. Ласа переводила глаза с хозяйки на своих сородичей, и в голове у женщины мелькали образы совместного похода.
— Ну что ж, — развела руками темная, — еду себе добываете сами.
