— Страж ты случайно в прошлой жизни не нянькой был. — Меня затопила волна удивления. — Ладно проехали, что у нас происходит?
Почему-то глаза открывать не хотелось, и так ясно вокруг спорят все, кому не лень.
— Эльфа, посягнувшего на вашу жизнь я сдерживаю, хотя хранитель силен, мне его убить или вы и его отпустите.
— Эх, страж и чего ты эльфиков не любишь? — И тут же до меня дошло. — Как хранитель? Не папашка ли Мариуса?
Амраахас помолчал, а потом выдал:
— Да это отец принца. Ваши указания?
— Блин Амрик давай ты меня по имени будешь звать. А то госпожа, хозяйка давят на психику. Зови Лиена.
— Хорошо. — Последовал ответ после недолгого молчания. Ну, все буду глазки открывать. Я будто бы очнулась. Села протерла глаза и мученическим голосом прокаркала:
— Воды.
Ко мне подскочил Ноярис, не удивлюсь, если он уже давно знал о том, что я очнулась. Изящным движением поднес мне фляжку с водой. Я благодарно кивнула и осмотрела всех остальных. Хорак сложил руки на груди и буравил взглядом Мариуса. Дроб все еще лохматый опираясь на свой изумительный топор, зорко следил за сидящими недалеко эльфами. Те в свою очередь, не отрываясь, смотрели на висящего в воздухе хранителя. Шлем с его головы упал, открыв высокий лоб, и аккуратный с хищными ноздрями нос. Вены на шее у красавчика вздулись от напряжения, а зеленые глаза превратились в зеленые огни. Старается. Тут от скиллы эльфов отошел один. Судя по богатой одежде не последний эльф лесу. Он направился ко мне, но тут же запнулся о невидимую преграду. Ну Амраахас перестраховщик. После небольшого нагоняя страж сдался и подошедший ко мне эльф сухо представился:
— Сарманиэль Лироун советник королевы Энедереньи Прекрасноокой, — во загнул, — я приношу свои извинения за поведение нашего принца и прошу оставить ему жизнь.
Эльф отчетливо проговаривал каждое слово, было видно, что ему тяжело дается миролюбивый и спокойный тон. Я улыбнулась. А саккараш почему-то занервничали и показали свои зубки, странно. На красавчика хранителя не прореагировали, а этого смотри, пугают. Надеюсь, это золотоволосое чудо не мой избранник, что там Ноярис по этому поводу говорил. Хотя ладно потом подумаю об этом, есть дела поважней.
— Извиняю я вашего хранителя, но пусть пока его страж подержит от меня подальше, не хватало еще после такой передряги от какого-то эльфа смерть принять. Глупо. — Ответила я ему и, не обращая внимания на широко открытые удивленные глаза, чуть отвисшую челюсть обратила все внимание на знакомцев:
— Вы здесь как оказались?
Краем глаза увидела, как олар с гномом готовят костерок, а королевич все еще недоверчиво коситься на эльфов. Какие молодчины кушать вдруг захотелось ужасно. Ноярис начал подробно рассказывать о том, как они десять дней без остановок из империи Коххаус пробирались назад в Запретный лес. Правильно тайный туннель только туда и вел. Потом страдальцы встретили скиллы Сарманиэля и его высочества Тираниэля, все еще дергающийся принц замер, вслушиваясь в рассказ, заинтересовался. Интересно долго его страж в подвешенном состоянии продержит. Мариус перехватил нить повествования и закончил о своем скитании словами, о том, что очень хотел вернуться и помочь Дробу. Интересно что-то я раньше за ним такой благотворительности не замечала. Своих лучников Мариус отправил домой отдыхать, а сам с дядюшкой прицепился к недовольному Тираниэлю. Я задумчиво наблюдала за работой моих сотоварищей. Они быстро ополовинили припасы эльфов, и уже в небольшом котелке варилось что-то вкусно — пахнущее от чего в животе раздалось радостное бурчание. Эльфы, видимо решив, что им все равно не справиться со стражем, вольготно расселись на зеленых циновках и тоже наблюдали за спорой работой уставших и голодных гнома и человека, вот лентяи ничего не получите.
— Мне уже отпустить хранителя… Лиена. — Чуть запнулся страж.
— Отпускай. — Добродушно согласилась я. Запах еды дурманил, и нечаянная слюня, была готова сорваться с губ. — Кстати Амрик, а чем тебя эриухи угостили.
Страж немного помолчал, переваривая мою манеру говорить, а потом сказал:
— Это было заклинание камня, я все- таки голем. — И сокрушенно тряхнул огромными лапами. Камень дал мне тело, но может и отобрать его.
— Хорошо, что ты остался со мной. — Ответила я ему, чем вызвала бурю, благодарственных эмоций.
Скоро похлебка была готова, я с наслаждением вкушала еду, стараясь не торопиться, и не дай бог подавиться в таком благородном обществе. Остатки еды отдали эльфам и в благостном настроении улеглись под кустиками отдохнуть на те самые зеленые циновки. Амраахас хранителя отпустил, но неблагодарный эльф сверлил нас злым и не предвещающим легкую смерть взглядом.
— Что я ему сделала? — Удивленно спросила я у Нояриса. Тот пожал плечами:
— Даже не знаю Лиена, вообще-то мы считали, что он без ума от горгон. Но может твоя личина ему не нравиться. — Задумчиво сказал сьер.
— Мои саккараш, — решилась я на вопрос, — они меня не защитили.
Ноярис поколупал остатки похлебки в маленькой плошке и словно догадался, что меня волнует улыбнулся:
