Коровы шли неспешно, чтобы не расплескаться, с сознанием важности своего долга: они несли молоко. Даже лепешки на дорогу шлепали, не теряя чувства собственного достоинства. Хозяйки выходили встречать буренок на дорогу, хотя многие коровы вполне самостоятельно сворачивали в сторону своих дворов. Пастух в неизменной шляпе, сопровождаемый все той же парой зубастых телохранителей, весело кивнул нам и важно прищелкнул кнутом на корову, задержавшуюся возле придорожной канавы общипать приглянувшийся кустик. Она оскорбленно брыкнула задними ногами и неожиданно лихим галопом догнала стадо. Затесалась в гущу товарок и пошла дальше в одном темпе со всеми, мирно прикрыв глаза и двигая жующими челюстями в такт шагам.
Шарик на этот раз осмелился облаять стадо, прямо как настоящая собака, правда, старался все-таки держаться поближе к моим ногам. А потом, к моему удивлению, не пошел за нами, а деловито свернул на тропинку, ведущую к дому Зинаиды, не реагируя на мой зов.
— Не волнуйся, он прекрасно ориентируется, — Макс потянул меня за руку. — До дома точно доберется.
— Да знаю я. Просто с его размерами так легко попасть в беду.
— Не волнуйся. В деревне все уже прекрасно знают, что это твой пес, и никто его не обидит.
— Ну да, наверное, — пробормотала я, и, уступив, пошла вместе с Максом догонять изрядно удалившегося Костю, поминутно при этом оглядываясь.
Едва заметная тропинка довела до леса и потерялась где-то в кустах. И если бы не диковинный GPS навигатор, между прочим, отечественного производства, непонятно с какой стати любезно предоставленный нам одним из братьев, у нас не было бы никаких шансов отыскать нужное место. Костя сверился с прибором и картой и решительно указал дальнейшее направление. Прямо в дремучую чащу. Мы с Максом с опасением переглянулись, но Костина спина уже мелькала среди стволов, и пришлось поспешить за ним.
В лесу царили сумерки и комары. Я никогда не слышала столь мощного комариного гула, исполненного истинного ликования, когда эти твари обнаружили таких аппетитных людей, которые сами, по своей воле, заявились к ним в логово и подали себя на ужин. Я сорвала ветку и принялась яростно ею отмахиваться, время от времени ухитряясь стегнуть себя больно, как хлыстом. Макс остервенело хлопал себя по кусаемым местам и тихо ругался на комаров с использованием образной лексики разной степени нормативности. Костя же непреклонно продвигался вперед, сверяясь с картой, навигатором, небом, и, кажется, время от времени проверяя, с какой стороны растет мох на деревьях. На комаров он то ли не обращал внимания, то ли они кусать его не осмеливались.
— Мы на месте, — внезапно заявил он и резко остановился.
Мы оказались в глубине самого настоящего бора. Со всех сторон нас окружали стволы деревьев, их кроны смыкались в вышине сплошным зеленым шатром. Под ногами был мягкий ковер из мха и прелых листьев. Лес тихо шумел, словно накрывал нас куполом, надежно отгораживая от внешнего мира. Даже пение птиц было приглушенным. И ни намека на близость человеческого жилья, хотя мы ушли не так далеко от деревни.
— Расходиться здесь опасно — можем заблудиться, — заявил Костя. — Давайте прочешем местность, двигаясь отсюда и забираясь по возможности в стороны. Друг друга из виду не теряем.
Макс обреченно кивнул и пошел вправо, его непрекращающееся ворчание служило прекрасным ориентиром. Я про себя решила от него не отходить, и пошла практически по его следу. Костя продирался через поросль молодых деревьев где-то поблизости, ломая сучья, как бегущий через чащу лось.
Я шла, уперев взгляд в землю, без особой надежды на находку, витая мыслями где-то далеко, как вдруг послышался вопль Кости, а за ним — громкий продолжительный треск. «Наверное, он и в самом деле на лося набрел. Или даже на медведя», — испугалась я. С ревом «Костян, держись!» Макс бросился на выручку. Я кинулась за ним. Не успела пробежать и сотни метров, как он затормозил, и я врезалась в его спину. К счастью, парень успел ухватиться за крепкий куст, иначе мы оба покатились бы вниз. Мы стояли на краю крутого оврага, раскинувшегося поперек леса. В него, очевидно, и скатился Костя.
— Костя, ты цел? — крикнула я.
Снизу послышался голос, крайне раздраженный, но вполне бодрый. Голос нехорошими словами помянул всех Федотовых, их навигатор, Заречье, и вроде как Рюрика. Мы с Максом облегченно рассмеялись.
Когда Макс помог, наконец, Косте выбраться из оврага, что было непросто — его края постоянно обрушивались, увлекая за собой и спасителя и спасенного, оба были в земле, мху и ветках, как лешие. Костя, вдобавок, ободрал щеку и руку, но, к счастью, дело обошлось без серьезных повреждений.
— Чертовы Федотовы, ведь они знали, что здесь непроходимый овраг, — продолжал возмущаться Костя.
— То-то они так ухмылялись, — дошло до меня.
— Я им еще поухмыляюсь! И навигатор их дурацкий треснул.
— А как же мы теперь из лесу выйдем? — тревожно спросил Макс.
— Спокойно, без паники. Уж из леса-то я вас выведу, — успокоил его Костя.
