Кристофер Даркмур ненавидел ведьм, не раздумывая, отправил бы любую из них на костёр. Даже приказ магистра не вынудил его прикоснуться к подаренной девушке.Но аметистовые глаза и непокорный характер Изабеллы заставили инквизитора засомневаться в своём выборе. Страсть пожирала изнутри, желание обладать юной ведьмой захватило его душу. Только он не знал, что сам угодил в ведьмину ловушку и Белла не та, кем кажется.***Не успела я вздохнуть полной грудью, как он резко развернул меня на живот.— Сцерезе! Подчиняйся!Клеймо обожгло, и раскалённая лава понеслась по венам, боль сковала тело. Я даже не могла дышать.— Всё ясно? — прошипел он, оттягивая за волосы и заглядывая в лицо.Огонь отпустил так же резко, как и пришёл. Я сделала глубокий вдох и кивнула.Он задрал остатки юбки и убрал бельё.Я ожидала, закрыв глаза.
Ночь Чёрной луны, год назад.
Сегодня главная ночь в году, когда богиня Мейрана дарует своё благословение и наполнит нас силой.
Мы с сёстрами шли к озеру Тишины, у его берега рос Лунный цветок.
Только сегодня можно к нему прикоснуться и получить дар. Ровно в час волка луна стала чёрной, и на наших глазах маленький росточек превратился в чудесное растение. Переливался языками синего пламени, освещая всё вокруг, словно небесное светило никуда не спряталось. Голубые блики на обнажённых телах рисовали замысловатые узоры. Наше пение становилось всё громче, а танцы необузданнее.
Моё дыхание сбилось, горло саднило от напряжения, но я выводила мелодию вместе с сёстрами. Безумный хоровод ведьм вертелся вокруг цветка. Верховная полоснула по руке кинжалом, и алая струйка окропила соцветие. Меня обдало ночным холодом, а сила потекла по венам.
Теперь можно колдовать: заговоры и проклятья, руны и сигилы, лечение и гадание. Я любила наш лунный дар, жаль, что нельзя его растянуть на весь год.
Сёстры хохотали и кружились, тоже чувствовали переполнявшую силу. Сегодня обряд инициации проходили семь новых ведьм, они впервые ощутили дар Мейраны и восторженно пели. Я даже им позавидовала, ведь такое чувство эйфории больше не повторится.
Вивиан потянула меня в воду, за нами пошли и другие ведьмы. Смыли руны, оставленные огнём цветка, и успокоили разгорячённые тела прохладой озера. Оно не зря носит такое название, ведь смолкли все лесные звуки. И мы хранили молчание. Вместе с тишиной творилась последняя часть ритуала: строили защиту леса. Ещё год никто не зайдёт в нашу обитель. Ни один мужчина или инквизитор.
Когда луна вернулась на небосвод, мы с сёстрами уже шли в поселение.
– Белочка, а давай погадаем? – приблизившись, шепнула на ушко подруга.
– Верховная заругает, силы на ерунду потратим…
В темноте хитро сверкнули её янтарные глаза.
– Я твоя тётя, а старших надо слушать.
– Ты старше меня всего на пять лет, тоже мне тётка.
Мы оглянулись и, немного отстав от сестёр, повернули к ручью. Собрали травы и сделали куколок, напоили их кровью, окунули в воду. И стали складывать маленький костёр. Когда сожжём наше подношение, я увижу будущее в завитках дыма.
– Жаль, что силы заканчиваются. – Мне, и правда, было грустно от этого факта.
– Есть способ не потерять дар, – хмыкнула Вив.
– Как у инквизиторов? Они же словно упыри, нас выпивают.
– Мы тоже так можем!
– Забрать у инквизиторов?! – ахнула я.
– Да, если ведьма получит удовольствие, то силы потекут к ней.
– И многие инквизиторы согласятся? Пока только они сами ловят ведьм и насилуют… Кажется, это выдумка.
– Нет, мне Мелинда рассказывала… У неё были отношения с одним теургатом…
Я в немом удивлении уставилась на Вивиан.
– Она не ведала, что он инквизитор. А он не знал, что она ведьма. Поняли, когда прилив силы почувствовали.
– И расстались?
– Конечно! Какая любовь с врагом?!
– Но если любишь, разве это важно?
– Изабелла, инквизиторы не умеют любить! Он её схватил и заклеймил! Чудом смогла вырваться и его ранить, благо силы получила и метку сразу свела, так бы он её подчинил.
– Грустная история.
Мне стало жалко Верховную ведьму. Мелинда люто ненавидела инквизиторов, оказывается, не только из-за смерти сестёр, но и за преданную любовь.
– С ними всегда так. Чудища они. Монстры. – Вив скривилась.
Огонь, наконец-то заплясавший на собранных веточках, мрачно освещал её лицо.
Мы положили куколок. Пламя, шипя, пожирало подношение. А я замерла, рассматривая плетущийся дымный узор.
– Ну, что там? Что нас ждёт в этом году? – нетерпеливо говорила под руку Вивиан.
– Я вижу, что синее пламя освещает статуи богов. Грядут большие перемены, много смертей, вижу как лес открыт для всех, и мы не проведём следующий обряд…
– Ох…
– Значит, время пришло! – раздался голос Верховной ведьмы.
Я вздрогнула, когда она вышла из темноты.
– Мне тоже явилось видение, – продолжила она. – Значит, надо бороться. Это наш шанс убить магистра и обезглавить его войско.
Испугавшись, Вив схватила меня за руку. Мир не будет прежним. Перемены грядут.
Удар, ещё один.
Мечи с лязгом скрестились, противный скрежет стали и снова яростная схватка.
Рубящую, мощную атаку сверху я блокировал. На секунду мы замерли, смотря друг другу в глаза. Никто не хотел сдаваться. И я оттолкнул противника ногой. Он покачнулся и тут же сделал выпад и почти уколол меня мечом, если бы я не отпрыгнул. Хлестнул его скользящим ударом и чуть поцарапал лицо.
Но теургат не сдавался. Извернулся и провёл серию ударов, загоняя меня в угол.
Я подгадал момент и в одно движение скользнул вниз, выхватив с пояса кнут. Он ярким звуком рассёк воздух и опустился на спину врага.
Тот выгнулся от боли. Завыл:
– Так нечестно, синарх. Мы же на мечах сражаемся!
– Противник не будет к тебе добр, Рафаэль.
Он развернулся, бросил меч и выставил вперёд руку, второй держался за поясницу.
– Всё-всё. Я больше не могу. Уже час сражаемся. Разреши мне закончить бой.
Я выпрямился, с презрением осмотрел его с ног до головы.