Пальцы водили по кругу, лишь изредка касаясь возбуждённой вершинки. И каждый раз Изабелла вздрагивала.
– Что ты использовала, чтобы заставить меня хотеть тебя?
Я скользил по одеревеневшей горошинке, туда-сюда. Видел, как девушка хотела закончить мучения, но не давал. Мой допрос в самом разгаре. А член уже окаменел.
Тело ведьмочки напряглось и задрожало. На пике остановился.
– Так что? Изабелла!
– Масла! Промасленные ленты, чёрт побери! – прорычала она, глубоко дыша.
Я накрыл ладонью лоно, давая успокоиться.
– Хорошо, девочка. Мы почти закончили.
Поцеловал шею, дошёл до уха. Свободной рукой сжал грудь.
– Ненавижу тебя… Кристофер.
– Я тоже ненавижу тебя, – усмехнулся я и укусил мочку.
Лишь только дыхание восстановилось, как я опять провёл по вершинке. На этот раз Белла сжала бёдра, подалась вперёд.
Я резко дёрнул её на себя.
– Мы не закончили.
Мои замедлившиеся пальцы снова ускорились, водили по опухающему бугорку.
– Как часто ты их использовала.
Изабелла замотала головой, захныкала.
Я почти остановился, и она стала хватать ртом воздух.
– Два… два раза. Кристофер! Я больше не могу!
– Уже почти всё.
– Нет. Прошу.
Мои пальцы продолжали терзать разгорячённый бугорок, Изабелла задыхалась.
– Ты любишь меня?
– Да! Да! Да! Сукин сын.
И в этот момент она дошла до пика. Её тело выгнулось. Я схватил стон губами. Не убирал пальцы до тех пор, пока девушку не перестало трясти. Стухающие стоны прокатывались по моему горлу. Теперь уже меня била лёгкая дрожь.
Я резко положил Изабеллу лицом вниз и вошёл. Мой член изнывал, требовал закончить это безумие.
Изабелла постанывала, но её тело полностью расслабилось. И я доходил до конца. Горячее влажное лоно сжимало ствол.
Я схватил Беллу за бёдра и насаживал на себя. Такая маленькая и хрупкая, она принимала огромный член, который с трудом втискивался в узкое лоно.
Толчок, ещё толчок.
Я уже близко.
Изабелла лишь тихонько поскуливала, когда я доходил до упора.
Мне оставалось немного. Волны сладостных спазмов накатывали все сильнее.
Я схватил Изабеллу за волосы, намотал и слегка потянул. Она прогнулась, и теперь я проникал глубже.
– Белла! Чёрт!
Несколько резких толчков и оргазм обрушился на меня, заставил напрячь все мышцы.
Горячее семя наполнило девушку.
Я продолжал входить, но замедлялся. В голове шумело. Сердце бешено стучало.
Когда рухнул на Изабеллу, она даже не пошевелилась.
– Я тоже люблю тебя, ведьмочка, – прошептал ей в ухо.
– Угу, – сонно ответила она и что-то ещё промычала.
Перевернувшись на спину, я положил её на себя, обнял. Кто бы мог подумать, что жгучая ненависть превратится в неудержимую любовь.
Значит, всё-таки соблазняла меня, плутовка.
Я не заметил, как провалился в сон. Снова тени. Они кружили. Кажется, среди них мои родители, но я не мог определить. Просто чувствовал. Страх прошёл, и я наблюдал.
Голоса. Они где-то далеко. Кто-то гремел кастрюлями.
Я открыл глаза. Поводил рукой. Изабеллы не было, поэтому резко встал на постели.
Я умылся, оделся и вышел.
Её голос. Она на кухне. Кажется, нервы ни к чёрту. Только сейчас я почувствовал, как мышцы расслабляются.
Это не дело. Постоянно бояться, что произошло что-то нехорошее…
Рядом с Вивиан вился Себастьян. Он кормил девушку фруктами, пока та нарезала овощи на завтрак.
Услышав, что я пришёл, все обернулись. Изабелла одарила меня улыбкой.
– Проходи. Уже почти всё готово.
А я стоял. Думал, как было бы прекрасно вот так остаться здесь. Ни с кем не сражаться. Жить спокойной жизнью, любить друг друга, растить детей.
И брат под боком. Кажется, тоже счастлив.
Я плыл от этих чувств, они наполняли, уносили в чудесный мир иллюзий.
– Что ты там застыл? – послышался в мыслях голос.
И тут же рядом появилась Изабелла. Её счастливое лицо. Сияющие аметистовые глаза, обрамлённые пышными ресницами. Как же хотелось сохранить всё это в памяти. Запечатлеть навсегда.
Я наклонился и прикоснулся к губам, раскрывая их навстречу своей нежности. Веки девушки задрожали, и она растворилась в ощущениях, как и я.
– Эй! Голубки! Давайте не здесь! – протянул Себастьян, разрушая наши мгновения. – У вас целая комната есть. Ай… Чего пихаешься?
– Вот надо тебе везде лезть? – спорил с ним голос Вивиан.
Мы наконец оторвались друг от друга, Изабелла развернулась, и я притянул её к себе. Сам же смотрел на брата.
– Феникс приходил?
– Да. Сказал нам прийти к нему, как только мы позавтракаем.
Надо возвращаться в действительность. Мы до сих пор слуги инквизиции. С нами воюют ведьмы. И всё это скручивается в огромный клубок ядовитой ненависти.
– Мы же с вами пойдём? – повернулась ко мне Изабелла.
Я кивнул.
– Конечно! Куда же вы друг без друга? – поддел Себастьян и тут же получил пальцем под рёбра от Вивиан.
– Вот тебе всегда нужно быть таким едким?
– А что? Тебе же это во мне и нравится?
– Не тешь себя.
Он резко крутанул её и прижал к столу.
– Точно? А ночью ты говорила совсем другое.
Девушка раскраснелась и оттолкнула мужчину.
– Всё уже готово, – буркнула она, вынимая из печи пирожки.
Мы позавтракали. Обсудили банальные темы. Тепло этого места располагало к непринуждённым разговорам.