— Извини, Элл, — сказал Вилл, когда за ней закрылась дверь.
— Ты не виноват. Ты должен был сказать ей, что знаешь. В любом случае извиняться следует мне. Если бы не я, ты бы никогда не подвергся такой опасности.
Вилл протянул длинную руку и потрепал меня по плечу.
— Я не думаю, что ты украла наркотики и спрятала их где-то, чтобы потом продать и поделить ответственность со своим любимым братом.
— Моим единственным братом. — Я ласково взъерошила ему волосы. — Нет, я этого не делала. Я ничего о них не знаю.
— Я так и думал. — Он поднялся. — Не знаю как ты, Эллен, но я пойду спать, пока не свалился на пол.
Я тоже встала и обняла его.
— Я люблю тебя, Вилл, — произнесла я, и в моем голосе послышались слезы.
Он тоже обнял меня.
— Поспи, Эллен, ты пугаешь меня всей этой чепухой про любовь. Я уверен, что несколько часов сна вернут тебе твой обычный насмешливый тон, сестренка.
Вилл усмехнулся и вприпрыжку выбежал из комнаты. Он был прав. Я валилась с ног от усталости, но была не уверена, что несколько часов сна излечат все, что меня мучило.
После того как ушла полиция, я легла спать в комнате, бывшей моей. Ложась, я думала о том, что Вилл рассказал о Тони, и от этого меня затошнило. Как он мог поступать со мной таким образом? Мысль о том, что Тони меня просто использовал, задевала меня больше, чем я могла предположить. Учитывая, что к этому времени я убедила себя в том, что он был лишь мимолетным увлечением. Тони Джордан был очень приятным способом забыть Эндрю, а с ним разбитое сердце и нежданных детей. Я сознавала, что если это правда, то не только Тони использовал меня, но и я его. Означало ли это, что мы с ним квиты? Этого я не могла решить. Я только знала, что меня намного больше, чем я могла предполагать, волновало то, что Тони мог обо мне думать.
Лежа в постели и вдыхая запахи своего детства, я думала о том, что мои отношения с Тони были все-таки большим, чем обычным трахом. Я была уверена, что не смогу уснуть из-за множества противоречивых эмоций, которые во мне боролись. Но, как обычно, ошибалась. Проснувшись, я лежала в постели и планировала свое возвращение в жизнь. Чашечка какао, пара тостов и еще я смогу, наверное, поймать по телевизору Опру или Джерри. Это казалось хорошим планом.
Но как только я неуверенно спустилась вниз по лестнице, то увидела, что ни о какой релаксации не могло быть и речи. Дом был полон людьми. В дверь входила низенькая, полная женщина в длинном платье, напоминавшим восточный халат. Два высоких молодых человека в джинсах и футболках вносили коробки с чашками и стаканами. Элисон стояла в коридоре и руководила операцией.
— Так. Несите прямо через столовую. Хорошо. Доброе утро, Эллен, вернее, добрый день. Как спала?
— Прекрасно. Который час?
— Почти пять.
— О, мой Бог.
Элисон улыбнулась и снова переключилась на молодых людей.
— Хорошая задница, — шепнула я ей, когда мы наблюдали за тем, как второй молодой человек проходил в дверь столовой.
Элисон состроила гримаску, а затем подмигнула мне. Я смеялась всю дорогу на кухню. Мать накладывала последние штрихи на то, что внешне напоминало красивый шоколадный торт. Жаль только, что на вкус он наверняка был похож на опилки. Я поцеловала ее в щеку. Она удивилась, но выглядела довольной.
— Чайник вскипел, — сказала она.
Я сварила какао и поджарила тост, стараясь найти место на столе среди океана еды для моей маленькой чашечки и тарелки. Посреди стола на огромном серебряном блюде лежали жареная индейка и окорок. Вокруг стояли миски с салатами — зеленым, картофельным, сырным, рисовым. Каких только там ни было! Две селедочницы с красной рыбой стояли бок о бок в конце стола, как приятели, взирающие на мир. А груда рогаликов занимала почти пятую часть всего шестифутового кухонного стола. Помимо этого, каждый дюйм рабочего стола был тоже уставлен едой. Фруктовые салаты, паста, миска со сметаной, сырные пирожки.
— Будет настоящий пир, — сказала я, оглядывая кулинарное великолепие с трепетным предвкушением.
Мать кивнула в знак согласия и продолжала накладывать шоколадную глазурь широкой лопаточкой.
— Хорошо выглядит, правда? Надеюсь, что и на вкус получилось хорошо. Я всегда боюсь готовой еды — домашняя лучше, не правда ли?
Она взглянула на меня, словно ждала поддержки. Я кивнула, дожевывая тост.
— Конечно, — согласилась я. — Во всяком случае, выглядит он отлично. Но для одного человека слишком много работы приготовить всю эту еду.
Я допила какао. Было ли в мире большее утешение, чем жидкий шоколад? Вряд ли.
— Где весь народ? — поинтересовалась я.
— Вилл еще спит. Папа отправился найти какую-нибудь запасную часть для дяди Джерри. Почему ему понадобилось делать это в то время, когда у нас столько дел, я не знаю. Кстати, Эндрю доставил твою машину. Ключи висят на двери.
— Молодец, старина Эндрю, — обрадовалась я.
— Я всегда говорила, что Эндрю Кенни — хороший парень.
— Ну да, хороший. А где все остальные?
Дермот с Кьераном поехали покататься, а Элисон командует мальчиками из «Партии кейперов». Ты, верно, видела их, когда шла на кухню.
— «Партии кейперов»?
