Я сделал паузу, давая возможность высказаться Ошкерелии, на которого журналисты сразу же повернули камеры ожидаю обещанных разоблачений. Но полковник уже в процессе моей работы с артиллерийским прибором понял, что разоблачения не будет и ему теперь надо достойно выходить из глупого положения, в которое он загнал сам себя благодаря своей самонадеянности. Ошкерелия сурово сдвинул свои брови и сделал вид, что проверяет мои расчёты. Начал крутить карту и пристально разглядывать контурные точки, надеясь найти хоть какую-то ошибку, но ошибки не было и он был вынужден также констатировать факт нахождения блок-поста на территории Абхазии. Но скандал нужен был, поэтому Ошкерелия ринулся в атаку и сразу же обрушился с критикой и угрозами в адрес абхазских силовиков, которые якобы делают всё для того, чтобы уничтожить грузинского военнослужащего волей судьбы оказавшегося в незавидном положении.
Абхазы молча и спокойно выслушали гневную тираду грузинского представителя и, не поддавшись на провокацию, не повышая голос, предложили своё видение решения данного вопроса: – Если грузинская сторона так печётся о жизни своего военнослужащего, то пусть спокойно перенесут блок-пост на семьдесят два метра и поставят его там, где он изначально должен быть.
На что полковник с апломбом и с экспрессией в голосе заявил, что блок-пост – где стоял там и будет стоять.
Журналисты продолжали стрекотать телекамерами, всё ещё ожидая хоть какого-нибудь скандала, но скандала не было – абхазы вели себя достойно, я не прокололся и лишь грузинский представитель не по делу кипятился. Выслушав очередную чушь со стороны Ошкерелия, и дождавшись паузы, я спокойно заявил в объективы камер: – Российские миротворцы, рассмотрев данную ситуацию, предлагают следующее. Раз ошибка при выставлении блок-поста была обоюдная, то всё финансирование по переносу блок-поста должно быть разделено на три равные части. Весь объём работ оценивается в 15 тысяч долларов (я практически с потолка и наугад взял данную сумму – очень уж она мне понравилась), поэтому Российская сторона готова внести свою долю в пять тысяч долларов. Как смотрит Грузинская сторона и Абхазская сторона на решение проблемы таким образом?
Абхазы оказались мудрее и гибче и тут же заявили, что они тоже готовы выложить пять тысяч долларов и теперь камеры плавно перенесли своё внимание на Ошкерелия
Главный военный наблюдатель, обрадованный предстоящим обсуждением финансирования и готовый к продолжению скандала из-за того, что абхазы будут оспаривать хотя бы сумму или саму возможность их участия в переносе блок-поста, был в растерянности, не зная как реагировать. Одно дела нападать и критиковать под прицелом камер и другое принимать решение и гарантировать его выполнение.
Ошкерелия было дёрнулся опять возмущаться, но быстро осёкся, поняв всю невыгодность положения, раздражённо буркнул: – Я не уполномочен решать финансовые аспекты данной проблемы. Я доведу это до вышестоящего командования.
Он думал, что на этом всё и закончится, но я стал дальше гнуть свою линию: – Нет, господин полковник. Раз дело только за Грузинской стороной, то давайте определим сроки, за какие вы решите этот вопрос.
Полковник злобно сверкнул глазами на меня, но тут же притушил взгляд и внешне добродушно произнёс: – Нам хватит две недели.
– Отлично, тогда я подведу итоги, – Ошкерелия опять метнул недовольно-предупреждающий взгляд в меня, но всем своим видом я ответил ему – а мне плевать, что ты, полковник, недовольный.
– Раз Грузинская сторона берёт в этом вопросе тайм-аут на две недели, то абхазская сторона со своей стороны, извините за каламбур, не должна подымать в течение двух недель вопрос о пребывании грузинского военнослужащего на территории Абхазии. Желательно также, чтобы Абхазская сторона оградила грузинского военного наблюдателя и от угроз со стороны местного населения негативно настроенного в отношении к Грузии.
Как только абхазы уехали, а журналисты зачехлив камеры уселись в машину полковника, Ошкерелия отвёл меня в сторону и злым, приглушённым голосом стал высказывать претензии ко мне, типа: – Я знал, что ты ставленник абхазов, что так рьяно лоббируешь здесь их интересы…, а также ведёшь в их пользу разведку…, я всё про тебя знаю и сделаю всё, чтобы убрать тебя отсюда…
Спокойно выслушав бессильный лепет противника, я отбросил всякие церемонии и сам перешёл в наступление: – Знаешь, полковник, мне по большому счёту плевать на абхазов, на вас грузин и на тебя тоже, хоть ты и САМЫЙ ГЛАВНЫЙ НАБЛЮДАТЕЛЬ. Меня сюда поставила Россия, для того чтобы на этом клочке земли был мир и я всё делаю для того чтобы он на самом деле здесь был. Понятно тебе? Хочется мне тебя послать куда подальше…, но ладно Уважу твои полковничьи погоны. Всё-таки я майор. Но получу подполковника и если будешь продолжать лезть ко мне – то пошлю, а может и в морду заеду. Надо и при камерах… Так что выбирай выражение.