Когда вернулся на базу, то узнал что и новый командир батальона оказался в примерно в такой же ситуации что и я, когда столкнулся с агрессивно настроенными жителями Дарчели. Слава богу, что для нас обоих это прошло без последствий.
Завтра старый батальон уходит на погрузку на эшелон в Очамчиру, а я остаюсь неизвестно на сколько. Уезжает и особист Юра. Я только успел раздеться и сложить оружие в железный ящик, как в комнату зашёл радостно улыбающийся особист.
– Борис Геннадьевич, заменщик приехал….
– Ну что ж поздравляю, а я вот не знаю когда отсюда поеду.
– Ты, Боря, на меня обижался, но я тебе так по секрету скажу – ну и хлебанёшь ты с ним горя. Ничего, если я его сейчас приведу знакомится?
– Да ничего, только давай через часа полтора. Сварганим закуски, с ребятами посидим, выпьем. Вот и пообщаемся.
Да…, новый особист Николай не понравился никому. Обычное среднее лицо, водянистые глаза и в лице таилось что-то хитро-подлое. Весь как-то нервный, дёрганный. Только нас Юра познакомил, как Николай, не обращая внимание на присутствие Тетенова, Сабурова, полковника Дорофеева и полковника Суханова с апломбом выставил ультиматум: – Товарищ подполковник, договоримся сразу – вы свой нос к МГБистам не суёте. Там я буду сам работать.
В комнате повисла тяжёлая тишина. А Юра за спиной своего заменщика скорчил гримасу и развёл в сторону руки, как бы говоря – Ну, что я говорил…
Моё лицо опахнуло холодом и от этой беспардонности захотелось встать и хорошо заехать капитану по еба….ку, так чтобы он улетел под кровать Сабурова, напротив которой сидел. Но я крепко стиснул зубы и ледяным тоном ответил.
– Товарищ капитан у подполковника Копытова – тире, начальника штаба Зоны Безопасности нет такого носа, который он «куда-то суёт»… У него есть обязанности, которые он выполняет и если этого требует обстановка, то я буду обращаться туда, куда это нужно, не спрашивая вашего согласия. Я наверно ясно выразился….
Но капитана понесло и он вновь попытался навязать своё виденье. Не знаю, чем бы закончилось наше первое общение, но тут вмешался Юра и Дорофеев, которые другими вопросами сумели отвлечь капитана.
Последующие несколько дней прошли в обычном режиме. Я гонял вместе с Сухановым по блок-постам. Контролировал вывод подразделений грузин из Зоны Безопасности. Хотя Командующий и разрешил мне вернуться в Сухуми для расчёта и уезда домой, но я тянул и всё откладывал отъезд на последующий день, пока не решил – уезжаю через три дня. Хотя и сделал я уже отвальную, но повторил её снова. Правда, уже в более скромном варианте. И что самое интересное, на неё приехал полковник Ошкерелия. Генерала он так и не получил, но произнёс довольно тёплый тост в мой адрес, от которого мне стало даже неудобно. И даже не от него, а от той вражды между нами, в которую я тоже вложил хорошую лепту.
– Товарищ полковник, не обижаетесь на меня? – Спросил я, подсев к нему.
Он чокнулся со мной, выпил и в несвойственной ему манере задумчиво сказал: – А чего обижаться? Каждый находился на своём месте и делал ту работу, какую требовала его страна и обстоятельства. Да, жалко что мы были и остаёмся врагами, но думаю что те отношения, бывшие между нами научат и заставят нас смотреть на других людей несколько по другому и более вдумчиво….
* * *
Уезжал я из Сухуми в Зугдиди в начале февраля, а приехал летом и было довольно любопытно видеть, как преобразился санаторий, где мы базировались. Лето, солнце, ласковое море, роскошная южная природа, отличная от природы Зугдиди. Можно сказать, толпы отдыхающих, которые не только валялись на галечном пляжу, но и фланировали по уютным и тенистым дорожкам санатория. Я опять поселился в своём номере, вместе с Лёхой Кокиным, но в отличие от озабоченного и загруженного работой и задачами товарища, тоже выглядел отдыхающим. Я приехал рассчитываться и меня уже никуда не припахивали, лишь только выходил на общие построения офицеров штаба. Так я отдыхал дня четыре, после чего сговорился с особистом Северной зоны Сергеем отчаливать от Сухуми через три дня. Быстро рассчитался и в предпоследний день устроил вместе с Сергеем общую отвальную «У Саши». Сдали деньги владельцу кафе, обсудили меню и большего от нас ничего не требовалось. Саша сам всё сделает. На отвальную были приглашены чуть ли не все офицеры. Пригласил я и Командующего, на что он ответил довольно уклончиво. Я всё ещё был в опале у него из-за демарша с десантниками. Хотя на утреннем построении он наградил меня своей грамотой. Взяв, под рукоплескание офицерского строя, из его рук грамоту, я попытался заглянуть ему в глаза, но он увёл свой взгляд и у меня появилось желание тут же вернуть грамоту обратно. Но сжал губы и сквозь зубы сказал – Служу Отечеству.
А на отвальную Командующий прислал вместо себя полковника Покусаева, хотя тот и так был в числе приглашённых.