– Что помощник президента будет делать в занюханном городишке? Кто его там ждет?
– Там штаб… 1-й бронетанковой… И кажется, штаб корпуса… Говорят, что он прилетает на переговоры, – зачастил Дмитрий, которого внезапно начала колотить крупная дрожь, – с русскими… с вами… Эта война… Слишком она затянулась, ее пора заканчивать… Так они думают…
– Заканчивать? – страшно ухмыльнулся русский. – Вы что? Мы же еще и недели не воюем! Мы и воевать-то толком не начинали…
– Товарищ лейтенант! – крикнул молодой русский, показываясь из двери микроавтобуса. – Смотрите, что здесь!
В его руках была камера Джо, и на развернутом экране демонстрировалась какая-то запись.
Журналист вытянул шею, пытаясь рассмотреть, что именно так удивило русских, но безуспешно.
– Вот, – сказал молодой русский, – я гляжу – морда знакомая… Это же Колян из третьей роты!
Лейтенант забрал у него камеру и ткнул развернутым экраном в лицо Дмитрию.
– Твоя работа?
На экране проигрывалась запись его позавчерашнего прямого эфира с интервьюированием пленного в Кэмп Бала.
Пара «Белых лебедей» Ту-160 [91]оторвалась от полосы почти синхронно. Взлетать против сильного, но ровного юго-западного ветра было просто. Из-за этого на рассвете их и приземлили здесь, в гражданском аэропорту, а не в Дудинке, как планировалось изначально. Ветер означал, что тяжелым ракетоносцам, паре Ту-160 121-го и паре Ту-95МС 184-го тяжелых бомбардировочных авиаполков, пришлось бы заходить на посадку над жилыми кварталами. В условиях повышенной готовности стратегических ядерных сил такое допускалось, но самолеты имели на борту ядерное оружие, командование решило подстраховаться и перенаправило их на закрытый по такому случаю Алыкель, находящийся в сорока пяти километрах, на полпути к Норильску.
Генерал, возглавляющий передовую группу командования Дальней авиации, в которое входили оба полка, поставил им задачу на нанесение предупредительного, но тем не менее самого настоящего ядерного удара так просто и буднично, словно речь шла об обычных учебных пусках по полигону в Хальмер-Ю.
– Координаты точки пуска вам известны. Координаты целей вводятся в боеголовки прямо сейчас. Цель Ту-160 – акватория Квебекского залива. Там сейчас проходит трасса конвоев, которыми в Европу перебрасываются все новые американские и канадские части. Наряд: по пять «сто первых» и «сто вторая» у каждого. Сразу скажу, предупредительный удар изначально планировался по акватории вблизи города Нью-Йорка. Но для этого вам пришлось бы слишком близко подходить к берегам Исландии или Гренландии, поэтому точка стрельбы находится у северного побережья Шпицбергена. Соответственно, цель тоже выбрали поближе. На маршруте вас будут прикрывать Су-35 из Диксона. Вряд ли вам кто-нибудь помешает, но на случай «внезапного нежданчика» аэродром в Нагурской подготовлен к приему ваших машин.
Он повел лазерной указкой по карте Северного Ледовитого океана в полярной проекции, висящей на стене. Дрожащее рубиновое пятнышко уперлось в Землю Франца-Иосифа. После этого обратился к экипажам Ту-95.
– Ваша задача еще более проста. Дистанция просто детская. После Диксона поворачиваете на Новую Землю и отстреливаетесь над мысом Сухой Нос с территории полигона. Примечательно, правда? – Он позволил себе намек на улыбку. – Столько всего там навзрывали в свое время… Соответственно, запасной аэродром для вас – Рогачево. Наряд: по три «сто первых» и «сто вторая», соответственно. Прикрытия не будет, но вам оно и не нужно.
– Стой, кто идет! Стрелять буду!
Олег выпустил край плащ-палатки, на которой они с наводчиком волокли Афанасьева, и обессиленно согнулся, встав на четвереньки. Спрашивали их по-русски.
– Свои! – откликнулся Альтаф.
– Свои дома сидят! – донеслось до них из кустов.
После этого их окружили несколько бойцов под предводительством коренастого сержанта с дыркой на месте переднего зуба.
– Кто такие? Танкисты? Кто там у вас? Жив?
– Танкисты. Из 160-й. Это командир наш. Ранен, его бы в госпиталь… А вы кто?
– Мы из 42-й бригады. Пендосы далеко?
– Два танка на хуторе километрах в четырех, – сообщил Олег, садясь на землю. – По дороге, там, где горка, еще пара каких-то машин и человек тридцать пехоты. А далеко ваша бригада?
– До взвода, значит… А бригада там, где должна быть.
– Будь она там, где должна быть вчера, мы бы пендосов не пропустили, – обидчиво заявил наводчик.
– Очень вы, танкисты, скорые, – скривился сержант. – Воевать нужно пешком. Разведка – сила, трак – могила. Ладно, ползите туда. Столбы видите? Там боевое охранение. А нам некогда.
