Если сейчас нас накроет, я уже ничего не смогу…
В ушах звенит. И ноги подгибаются сами.
Я села, почти упала на землю, там где стояла. Закрыла руками лицо.
Болело сердце. Что-то скребло внутри и ворочалось.
Больше всего хотелось разрыдаться, но… я ведь не должна?
Маро стоял рядом и так смотрел на меня… словно я сама — чудовище. Не со страхом, но все равно, так напряженно, настороженно. Он видел, как я убиваю. Даже он теперь опасается меня.
Вдруг поняла, что никогда еще не чувствовала себя такой одинокой.
Не выдержала, всхлипнула.
Выкатилась и побежала по щеке слеза.
— Эй, — позвал страж. — Все будет хорошо.
Так тихо, но так уверенно. Ему хотелось верить.
Я не должна плакать.
Маро тихо переминался с ноги на ногу за моей спиной. Не знал, как вести себя дальше.
— Хакнил! — позвал один из солдат. — Не поможешь нам?
С ранеными, с трупами — нельзя оставить все так.
Маро вдруг дернулся, плюнул в сторону.
— Я не за вас сражался! — бросил сквозь зубы со злостью. Развернулся и ушел куда-то в сторону. Помощи от него не будет.
У меня дернулся подбородок. И снова. Все. Вот это было последней каплей, и я больше не могу. Меня за трясло. Я еще пыталась бороться с собой, быть сильной… когда страж тяжело вздохнул, подполз ко мне, не вставая, на четвереньках, сел рядом. Осторожно дотронулся до моей руки.
— Все хорошо, — сказал шепотом. — Да порыдай уже, что ты стесняешься. Такое не каждый день бывает, тем более в первый раз. Ты молодец. Поплачь.
И сорвало. Я уткнулась ему в плечо и разрыдалась. Прям в голос, навзрыд. Он сидел рядом, обнимал меня за плечи и гладил по волосам.
* * *
Кавьяр залез на козлы, на место убитого кучера. Протянул мне руку.
— Если хотите, садитесь тоже, леди Тиаль.
Я не стала отказываться. У меня до сих пор дрожали коленки, и ехать верхом не очень хотелось.
Маро вернули лошадь. Людей у нас осталось мало, теперь верхом могли ехать почти все. Мы постараемся пройти сегодня как можно больше, заночевать подальше отсюда.
— Захотите прилечь, можете поспать в телеге, — сказал Кавьяр. — Я найду вам плащ, укрыться.
— Нет, я сейчас не усну.
Он кивнул понимающе, протянул мне свою фляжку с волшебной настойкой. Я отпила пару глотков. Потом и он тоже.
В голове слегка звенело.
— Вы спасли мне жизнь, — сказал он.
Очень надеюсь, что поступила правильно.
— Я всего лишь вернула долг. Однажды вы спасли меня, теперь я.
Кавьяр тихо фыркнул, кивнул. Все так и есть.
— Значит, мы в расчете.
Какое-то время мы ехали молча, я смотрела вперед, стараясь не оглядываться на Маро, взгляд которого так и сверлил мне спину. Я знала, что Маро не одобрял. Всего. Что я помогла тхаям, что не сбежала, когда был такой удобный момент, что сейчас я сижу здесь. Он ведь рассчитывал, что во время этого нападения перебьют всех тхарисцев, и он сбежит со мной. А я вот так… нарушила все его планы. Но, что-то мне подсказывает, бежать нам было все равно некуда.
— Что это были за люди? — спросила я. — Провокация, чтобы склонить Тхарис к войне?
Кавьяр вздохнул, глянул на меня искоса.
— А что вы знаете об этом, леди Тиаль?
Я качнула головой.
— Не много, лорд Кавьяр.
Он усмехнулся.
— Я не лорд.
— Нет? Вы говорили, ваш отец…
Прилично ли задавать такие вопросы? У него ведь может быть брат, который получил земли и титул, вовсе не обязательно…
— Земли перешли короне, — сказал Кавьяр. — Мне ведь все равно некому передать их по наследству. В обмен на это я получил помощь лучших магов и до сих пор еще… ну, относительно жив. Все необходимое мне дает император. И я верно служу ему. Я не лорд.
Разве это жизнь?
— А вы не пробовали снять заклинание?
Я ляпнула это и пожалела. Что-то слишком много болтаю, да еще такого, что вообще не стоило бы. Слишком, для приличной леди.
Видела, как у него дрогнули руки, совсем немного. Он смотрел только перед собой, долго молчал… так долго, что мне стало совсем стыдно.
— Простите, — шепотом сказала я.
— Да ничего, — сказал он. Вздохнул. Бросил на меня быстрый взгляд. — Конечно, пробовал. Первые несколько лет я искал любые способы снять это. Но это ринайское заклинание, причем очень сильное. А как вы понимаете, после войны в Тхарисе сложно найти ринай, готового помочь мне. Тем более, что снимать надо все три заклинания разом, и камень тоже, потому что непонятно, как окаменение поведет себя, когда ринайское заклинание исчезнет… сейчас они в равновесии, но если сместить… Тем более, что после всего этого нужно что-то делать с рукой, скорее всего — резать выше локтя, и тогда, даже в самом лучшем случае, я останусь калекой. Все это сложно, миледи. Тем более, что за услуги хороших магов мне нечем платить. Жалование, которое я получаю, хватает только на необходимое.
— Вас поймали в ловушку…
Он невесело фыркнул.
— Вообще-то, я нарушил приказ. Меня бы могли просто повесить за такое. Но император решил, что я еще могу ему послужить. Так что мне повезло.
— Потому что спасли мне жизнь?
— Да. Мне показалось, убивать ребенка несправедливо. Не ищите в этом каких-то высоких целей, мидели. Мне было семнадцать лет тогда, и дури больше, чем у вашего Маро. Просто юношеский порыв.
