– Нельзя не выйти в эфир, – ответил Радов. – Идет лед и быстро, нам нужно отправить данные для судоходства.
– Но…
– Ружье, – напомнил Радов.
Он отпустил собаку и поднялся. На темной одежде не были видны пятна крови, но Тая знала – они там есть.
– Света, мешок.
Девушка подняла заплаканные глаза на Радова, кивнула и убежала.
– Утром я сам похороню, – сказал Радов Паше, хотя тот и не рвался делать это сам.
Когда Паша молча ушел за ружьем, Тая почувствовала, что Джей потянул ее за собой в комнату. Сейчас они здесь лишние.
Но Тая не хотела уходить. Не хотела оставлять этого мужчину там, один на один с горем и опасностью. Не хотела отпускать его за дверь.
Радов не смотрел на нее. Он тихо подозвал к себе пса, и мастиф тут же примчался. Склонил голову, обнюхав тело Дуси.
Радов натянул на себя мокрый дождевик с гвоздя в прихожей, потом взял из рук Светы холщевый мешок. Сам упаковал в него собаку и вынес в сени. Подоспел Паша с ружьем, которое он нес с благоговейным ужасом на лице. Радов больше не появлялся в коридоре, ружье он, видимо, так и принял в сенях, оттуда же кликнул пса и вместе с ним покинул станцию.
– Идем, Тая, – напомнил о себе Джей.
– Но как он будет там… один? – прошептала она.
– Так же, как и до этого, – ответил Паша. – Жаль, что Афанасий в отпуске. Обычно, когда поблизости медведи, по технике безопасности, мы должны ходить парой.
Будничный и спокойный тон, а значит, правила Радов нарушает не в первый раз. С тяжелым вздохом Паша отправился за тряпками и стал вытирать пол. Светка тихо плакала на кухне.
– Идем, Тая, – с нажимом сказал Джей. – Мы здесь ничем помочь не в силах.
– У вас хотя бы свет снаружи есть? – спросила Тая Павла.
– Имеете в виду фонари? – спросил он, не поднимая головы, пока вытирал пол от крови. – Не, фонарей нету, но у Федора Михайловича должен быть карманный. Чтобы подсвечивать приборы хватает.
Тая взглянула в окно, за которым не видно было ни зги. Представила, как Радов идет, прислушиваясь к каждому шороху, по размокшей грязи с ружьем наперевес в одной руке и фонариком в другой. Он должен снять данные для судоходства и Росгидромета, чтобы в завтрашних утренних новостях появилась та самая цифра в углу экрана. Цифра, от которой большинство зрителей потом отмахнуться со словами: «Ой, да врут опять».
Одна-единственная цифра, а сколько работы за ней стояло.
– Таисия, идем, – Джей потянул ее за собой.
Нужно смотреть правде в глаза. А еще взять себя в руки.
Ненавидя себя за бессилие, Таисия подчинилась.
Закончив с измерениями и вовремя передав данные в Амдерму, Радов решил еще раз обойти станцию. Было темно и не в последнюю очередь из-за туч. Хотя Радову требовался напарник, семидесятикилограммовый мастиф вполне годился на эту роль. Да и нюх, и слух сторожевой собаки работали куда лучше, чем у человека.
Радов полностью переключил свое внимание на то, чтобы ничего не упустить. И это помогло отвлечься и забыть, пусть и ненадолго о том, какую большую ошибку он едва не совершил. Совершенно потерял голову. Он бы ее взял прямо там, и плевать, что в соседней комнате были люди.
В тот момент ему было на все плевать. Все взрослые, а если стыдно подслушивать, так пусть сами и уходят.
А эта женщина какова? Ее мужчина сидел в трех шагах от нее, а она пожирала его глазами. Ни стыда, ни совести. Богатая дамочка, которая привыкла получать по первому требованию то, что хочет. Захотела Радова и чуть не получила, потому что он только этому и рад.
А потом она вернется на большую землю и будет рассказывать о своих амурных приключениях. Глядишь, не зарастет народная тропа неудовлетворенных разведенок, которые протопчут ее прямиком до полярного острова. Отбоя на Вайгаче не будет от туристок.
А что, разве только теплые страны годятся для секс-туризма? Север тоже неплох. Зима и полярная ночь как будто созданы для того, чтобы греться под одеялом.
Хорошо, что Радов вовремя остановился.
Хотя, конечно, плохо, что именно так. Чувствовал ведь, с утра чувствовал неладное. Эх, Дуська, Дуська. Не забыла о доме, отбилась и приползла полуживая. Предупредила, выполнила собачий долг. Так бы и не узнали, что медведь поблизости. А на месте Дуси мог оказаться кто угодно. Даже один из этих неопытных туристов.
Муфаса брел рядом, шумно нюхая воздух. Пес был спокоен, значит, медведь хотя бы не бродит возле станции. Неизвестно, откуда прибежала Дуся. Жаль, к утру, когда дождь пройдет, следы смоет. А мастиф все-таки охранник, а не охотник.
В пелене дождя Радов видел желтые квадраты окон. Вот потух свет в спальне Светы: страшно, наверное, сегодня спать в одиночестве, но не подселять же к ней кого-то из мужиков.
А вот в комнате Паши только зажегся свет. Он тоже живет один, по крайней мере, пока Виктор не вернется из отпуска. Тогда, впрочем, и Радов будет жить вместе с Афанасием. Хотя, как руководитель станции, Радов мог требовать отдельную комнату, но, не имея семьи, он выбрал путь экономии – так отапливали меньше жилых комнат.
