Квадратный коридор привел нас к более просторному круглому туннелю, под потолком которого шли какие-то трубы. Стены тут были густо разрисованы словно неизвестный шедевр Джексона Поллока[38]. На полу валялись пустые консервные банки, грязная одежда, заплесневелые спальные мешки, отчего вокруг пахло как в палаточном лагере для бездомных: потом, мочой и невыносимым отчаянием.
Мы шли молча. Я почти не дышал, пока мы не выбрались в туннель побольше – тут под ногами у нас оказались ржавые рельсы. По стенам здесь висели потрепанные таблички «ВЫСОКОЕ НАПРЯЖЕНИЕ», «ПРОХОДА НЕТ» и «ВЫХОД ЗДЕСЬ».
Под ногами хрустел гравий. По рельсам то и дело сновали, пища о чем-то Гроуверу, крысы.
– Такие грубиянки эти крысы, – прошептал он.
Мы прошли еще ярдов сто и вслед за Пайпер свернули в боковой коридор, выстеленный линолеумом. Под потолком мерцали наполовину перегоревшие люминесцентные лампы. Вдалеке, едва заметные в сумраке, виднелись две фигуры, которые, подпирая друг друга, лежали на полу. Я подумал, что это бездомные, но тут Мэг замерла и спросила:
– Это что, дриады?
Гроувер испуганно завопил:
– Агава?! Денежное Дерево?! – Он бросился к ним, и мы последовали его примеру.
Агава оказалась очень крупной дриадой, под стать своему растению. Ростом она была не меньше семи футов, с синевато-серой кожей, длинными руками и ногами и зазубренными пластами волос, промыть которые, скорее всего, было настоящим испытанием в прямом смысле слова. На шее у нее был шипастый чокер, на запястьях и лодыжках такие же браслеты – на тот случай, если кто-то решит вторгнуться в ее личное пространство. Она стояла на коленях, склонившись над подругой, и казалось, что с ней все в порядке, – до тех пор, пока она не оглянулась и мы не увидели ожоги. Левая сторона ее лица обуглилась и сочилась блестящим соком. На месте левой руки у дриады остался лишь засохший бурый завиток.
– Гроувер! – прохрипела она. – Помоги Денежному Дереву! Скорее!
Он опустился на колени рядом с дриадой.
Прежде мне не приходилось слышать о Денежном Дереве, но я понял, почему это растение так назвали. Прическа дриады состояла из густо растущих плотных дисков, похожих на зеленые четвертаки. Ее платье было сделано из тех же листьев, и создавалось впечатление, будто она вся покрыта хлорофилловыми монетками. Ее лицо, прежде красивое, теперь сморщилось, как воздушный шарик, неделю проболтавшийся в комнате после вечеринки. Ног ниже колен у нее не было – сгорели дотла. Она пыталась рассмотреть нас, но ее глаза заволокла зеленая пелена. Стоило ей пошевелиться, как с ее волос и одежды посыпались нефритовые монетки.
– Это Гроувер? – Голос дриады звучал так, будто она дышала смесью цианистого водорода и металлических опилок. – Гроувер… мы были так близко…
Нижняя губа сатира задрожала. В глазах заблестели слезы:
– Что случилось? Как…
– Это было внизу, – сказала Агава. – Огонь. Она появилась так внезапно. Магия… – Она закашлялась, отхаркивая сок.
Пайпер опасливо посмотрела в сторону уходящего вниз коридора.
– Проверю, что там впереди. Сейчас вернусь. Не хочу никаких внезапностей, – сказала она и убежала вперед.
Агава попыталась снова заговорить, но повалилась набок. Мэг чудом удалось подхватить и удержать ее, при этом не уколовшись. Она взяла дриаду за плечо и начала тихонько приговаривать: «Расти, расти, расти». Трещины на обугленном лице Агавы стали затягиваться. Ее дыхание выровнялось. Затем Мэг повернулась к Денежному Дереву. Она положила руку дриаде на грудь, но тут же отпрянула, увидев, что очередные монетки грозят отвалиться.
– Здесь я ничем больше не смогу им помочь, – сказала Мэг. – Им обеим нужен солнечный свет. И немедленно.
– Я выведу их на поверхность, – отозвался Гроувер.
– Я помогу, – кивнула Мэг.
– Нет.
– Гроувер…
– Нет! – срывающимся голосом воскликнул он. – Там, снаружи, я исцелю их не хуже тебя. Это мой поисковый отряд, они пошли сюда по моему приказу. И мой долг помочь им. К тому же у вас с Аполлоном свой квест. Неужели ты его бросишь?
Здесь он попал в самую точку. Без помощи Мэг мне не обойтись.
Потом я заметил, как они на меня смотрят – будто сомневаются в моих умениях, храбрости и способности завершить квест, если двенадцатилетняя девчонка не будет вести меня за ручку.
Они, конечно, были правы, но от этого мое положение не становилось менее унизительным.
Прокашлявшись, я было начал:
– Ну, уверен, если мне придется…
Но Мэг и Гроувер уже потеряли ко мне всякий интерес, как будто забота о моих чувствах не была для них первостепенной важностью. (Да. Я тоже испытал шок.) Вместе они помогли Агаве подняться.
– Я в порядке, – настаивала Агава, сильно шатаясь. – Идти смогу. Помогите Денежному Дереву.
Гроувер осторожно поднял дриаду.
– Неси аккуратней, – предостерегла его Мэг. – Не тряси ее, а то все листья опадут.
– Не трясти Денежное Дерево[39], – сказал Гроувер. – Понял. Удачи!
Как только вернулась Пайпер, Гроувер с дриадами растворились в темноте.
– Куда это они? – спросила Пайпер.
Мэг объяснила.
Пайпер нахмурилась еще больше.
