Не знаю, как Пайпер удавалось быть такой спокойной. В моей жизни тоже были непростые расставания. И с каждым разом легче не становилось, а Пайпер к тому же не могла превратить бывшего парня в дерево или просто дождаться, пока его короткая смертная жизнь закончится, прежде чем снова спускаться на землю.
– И тебе привет. – В ее голосе зазвучали напряженные нотки. – Это…
– …Мэг Маккаффри, – перебил ее Джейсон. – И Аполлон. Я ждал вас.
Радости в его голосе я не услышал. Он сказал это таком тоном, каким люди говорят: «Я ждал результатов срочного сканирования головного мозга».
Мэг с таким видом посмотрела на Джейсона, будто его очки показались ей куда уродливей ее собственных:
– Да?
– Да. – Джейсон оглянулся по сторонам. – Пошли в мою комнату. Здесь небезопасно.
В школе дали задание?
Скрещу-ка языческий храм
С «Монополией»
Нам пришлось пройти мимо учителя и двух дежурных, но Пайпер заворожила их и убедила, что ничего страшного не будет, если мы вчетвером (включая двух девочек) пройдем в общежитие во время уроков.
У двери в комнату Джейсона Пайпер остановилась:
– Что значит «небезопасно»?
Джейсон посмотрел ей за плечо:
– Среди педагогов объявились монстры. У меня есть подозрения насчет учительницы гуманитарных наук. Уверен, что она эмпуза. Недавно пришлось убить учителя математики: он оказался блеммией.
Услышав подобное от смертного, вы бы решили, что перед вами убийца-параноик. Но для полубога такие вещи были вполне обыкновенными.
– Блеммия, говоришь? – Мэг посмотрела на Джейсона другими глазами, будто решила, что очки у него не такие уж и плохие. – Ненавижу блеммий.
Джейсон усмехнулся:
– Заходите.
Обстановку в его комнате я бы назвал спартанской, но мне доводилось бывать в комнатах настоящих спартанцев, и они бы посчитали жилище Джейсона слишком удобным.
В комнате площадью пятьдесят квадратных футов помещались книжный шкаф, кровать, письменный стол и стенной шкаф. Единственной роскошью было окно с видом на каньоны. Створки были распахнуты, и комнату наполнял приятный запах гиацинтов. (Ну почему именно гиацинтов?! Пусть прошло тысячи лет – но стоит мне вдохнуть этот аромат, как сердце пронзает острая боль.)
На стене в рамке висела фотография Талии – сестры Джейсона. Она улыбалась фотографу, за спиной у нее висел лук, короткие темные волосы ветер сбил набок. Они с братом были совсем не похожи, родство выдавали только одинаковые ярко-голубые глаза.
И никто из них не был похож на меня – хотя я сын Зевса, а значит, по сути, их брат. А я-то даже умудрился пофлиртовать с Талией, что… Фу! Будь ты неладен, отец! Сколько же детей ты завел за тысячи лет! Как прикажешь искать себе пару и не нарваться на родственника?!
– Кстати, сестра передавала тебе привет, – сказал я.
Джейсон повеселел:
– Ты ее видел?
Я охотно поведал ему о наших приключениях в Индианаполисе: о Станции, императоре Коммоде, Охотницах Артемиды, которые спустились на веревках с крыши прямо на футбольное поле и спасли нас. Затем мне пришлось вернуться в недавнее прошлое и рассказать ему о Триумвирате и обо всех несчастьях, свалившихся мне на голову после того, как я вылез из мусорного бака на Манхэттене.
Все это время Пайпер сидела на полу, скрестив ноги и прислонившись спиной к стене, держась как можно дальше от куда более удобного места – кровати. Мэг стояла рядом с письменным столом Джейсона и разглядывала какой-то школьный проект – пенопластовую основу, утыканную маленькими пластиковыми коробка́ми, которые, вероятно, изображали здания.
Когда я мимоходом упомянул, что Лео жив и здоров и полетел в Лагерь Юпитера, все розетки в комнате заискрили. Джейсон изумленно посмотрел на Пайпер.
– Знаю, – сказала она. – После всего, что нам пришлось пережить.
– Не могу даже… – Джейсон тяжело опустился на кровать. – Не знаю, то ли радоваться, то ли вопить от злости.
– Не стесняйся, – буркнула Пайпер. – Давай всё вместе.
Мэг, не отрываясь от стола, спросила:
– А что это такое?
Джейсон покраснел:
– Да я тут решил кое-чем заняться.
– Это же Храмовая гора, – проговорила Пайпер подчеркнуто нейтральным тоном. – В Лагере Юпитера.
Я пригляделся. Пайпер была права. Я узнал план этого места – скопища храмов и святилищ, где жители Лагеря Юпитера чтили древних богов. Каждое здание заменял пластмассовый коробок, приклеенный к основе, названия святилищ были подписаны от руки на пенопласте. Джейсон нарисовал даже изолинии, чтобы показать рельеф местности.
Я нашел свой храм – это был красный пластмассовый домик с подписью «АПОЛЛОН». Домик был далеко не таким красивым, как настоящий храм – с золотой крышей и платиновыми филигранными узорами, – но я не стал придираться.
– Это что, домики из «Монополии»? – спросила Мэг.
Джейсон пожал плечами:
– Пришлось взять то, что было под рукой: зеленые дома и красные отели.
Я пригляделся повнимательнее. Конечно, я давненько не нисходил во славе на Храмовую гору, но на модели было как-то мало свободного места. Джейсон поместил на гору минимум двадцать новых коробков.
Я наклонился и прочел подписи:
