— Я ведь могу и вас уволить, — прошипела я, — за неисполнение обязанностей. Хотите?
— Н-нет. — Женщина прижала бумаги к груди и охнула. — Всё будет готово через десять минут.
— Наличкой выплати. И нечего такие глаза делать, — нахмурилась я. — Я всё знаю про двойную бухгалтерию! Всё поняла? Через десять минут мне нужен документ. Я буду в кафе.
— С-слушаюсь, г-госпожа директор.
Кивнув, я полетела к лифту, надеясь, что Люда не успела далеко уйти. По дороге в кафетерий я набрала Ника и взмолилась всем богам, которых знала, чтобы он поднял трубку.
— Алло, — в ухе прозвучал уставший голос.
— Ник, Никита, — всхлипнула я, зажимая рот. — Родненький, забери Лизку из школы, прямо сейчас. Я не успею до неё доехать, сейчас пробки, а там…
— Мел? Что случилось?
— Ник, пожалуйста, — я едва сдерживала рыдания. — Моя мать, она… она чудовище, — в этот момент двери лифта разъехались в стороны, ожидавшие его девушки опустили головы и отошли на шаг назад.
Вытерев слёзы, я улыбнулась, и нажала кнопку закрытия дверей.
— Мелания! — громко позвал Ник, — что с Лизой? Кто ей угрожает?!
— Не ей. — Я вытерла нос. — Мне. Мать хочет забрать Лизу. Ты привезёшь её домой? Я тоже сейчас поеду.
— Да. Конечно, — поспешно ответил Ник. — Я в двадцати минутах езды от школы.
— Спасибо, встретимся дома.
Отключившись, я повернулась к зеркалу и быстро поправила потёкший макияж. Когда двери лифта снова открылись я была уже собрана и готова сражаться.
Зайдя в кафе, я сразу увидела плачущую Люду с которой сидел Иннокентий Васильевич. Он хлопал её по плечу и что-то говорил. Удостоверившись, что мы одни, я попросила официантку закрыть на десять минут кафе.
Усевшись напротив той, что лишила меня надежды, я дождалась пока она обратит на меня внимание. Меркулов молчал, но своё отношение показывал глазами. А будто я сама не знаю, как всё это выглядело. Но теперь уже молчать смысла нет.
— Люда, через десять минут будет готов приказ о твоём увольнении, ты должна пройти в кассу и получить зарплату наличными. Поняла?
— Можно было и не спешить так. — Она поджала губы и отвернулась.
Вот же ж овца благородная.
— Нужно было, — с нажимом ответила я. — Отец отдал часть акций Марии в качестве отступных.
— Отступных? — непонимающе повторила она и беспомощно посмотрела на Меркулова.
— Он хотел развестись, — выдавила я сквозь зубы. — Из-за тебя. Из-за вас.
На этом Люда удивлённо подалась вперёд, даже Меркулов рот открыл. Но говорить больше я не имела права.
— Поэтому вы меня уволили, в отместку?
— Я не настолько мелочна и безжалостна, как все обо мне думают. Просто твоё увольнение наилучший выход из ситуации, которую вы с отцом создали. Забирай деньги, трудовую и уезжай как можно дальше.
Поднявшись, я позвала начальника охраны:
— Иннокентий Васильевич, вы подготовили то, о чём я вас просила?
— Да, Мелания Сергеевна. — Мужчина повеселел, но всё ещё не спешил идти со мной.
Вздохнув, я мрачно сказала:
— Иннокентий Васильевич, мой отец вам доверял, так что буду и я. В конце концов, у меня просто нет выбора. Мне нужны эти записи. Сейчас.
Через пять минут мы стояли в кабинете охраны. По десяткам мониторов сновали офисные сотрудники и клиенты. Но Меркулов прошёл дальше, в каморку за стеллажами и поставил на компьютере запись камер с пятницы.
После трёх часов дня и до восьми часов вечера ничего не происходило. Дмитрий делал обход, как и положено. Но ровно в девять, в здание вошла маленькая фигурка, затянутая во всё чёрное.
— Это кто? — ткнула я пальцем в монитор. — В это время никого не должно быть. Откуда у неё пароль от чёрного входа?
— Я не знаю, сам удивился. — Меркулов прошёлся пятернёй по волосам и буркнул: — Вы дальше смотрите.
Нажав кнопку, я смотрела, как незнакомка преодолевает один лестничный пролёт за другим, в итоге оказываясь на седьмом этаже. Камера проследила её путь вплоть до кабинета отца. Услышав какой-то звук, взломщица замерла и настороженно оглянулась. Удостоверившись, что на этаже кроме неё никого нет, лёгким нажатием на ручку открыла кабинет и скользнула внутрь.
— Это всё? — повернулась я к Меркулову. — У кого столько наглости, чтобы прийти в охраняемое здание почти ночью и переть напролом? Она что, не знала, что везде камеры?
— Понимаете, — неожиданно замялся Иннокентий Васильевич, — по пятницам у нас перезагрузка системы. Обычно это происходит с девяти ноль ноль до девяти ноль пяти, но Дмитрий замешкался и перезагрузку включил на час позже.
— Смотрите. — Я снова ткнула в экран. — Она выходит.
Мы проследили обратный путь воришки. На втором этаже её спугнул Дмитрий, он как раз обходил кабинеты. Замерев, она поправила платок.
— Не может быть, — простонала я, упав на стул и схватившись за голову. — Этого не может быть!
— Вы её узнали? — Меркулов уткнулся носом в монитор и покачал головой. — Я не могу разобрать лица, оно скрыто платком и шапкой.
— Не её, — обречённо выдохнула я. — Её брошку. Это моя мать.
Это она украла завещание.
— Мелания Сергеевна, вы нашли то, что искали? — тихо спросил Иннокентий Васильевич.
— Да.
— Теперь я могу вызвать полицию и отдать им запись?
— Нет.
— Н-но…
