Яркая луна уже поднялась над верхушками деревьев в парке, окружающем Академию Высокого Стиля. Ни одной облачной струйки не виднелось на фоне сияющих звезд. Ветер улегся, словно замер в ожидании чего-то важного. Ночь обещала быть ясной и тихой.
Сиори с досадой отвернулась от окна. Внезапно идиллический пейзаж вызвал у нее раздражение. Она сидела на небольшом диванчике при потушенном свете и старалась ни о чем не думать. Ночь. Опять ночь. Опять впереди долгие часы полудремы, в которой ей мерещится невесть что. Неясные образы кружились перед глазами, словно ускользающие мысли, которые никак не ухватишь за хвост. Иногда они начинали проявляться у нее перед глазами даже тогда, когда она бодрствовала, и тогда она окончательно переставала отличать реальность от сновидений. Наверное, следовало бы перестать киснуть в одиночестве в своей квартире, но после того, что об окружающем мире рассказала Айсока, ректор чувствовала лишь гнетущую усталость. Она уже третий день не появлялась в своем кабинете в учебном корпусе и вообще почти не выходила из своей комнаты. Зачем? Если окружающее — всего лишь разновидность игры, волшебная движущаяся картина, нарисованная аляповатыми красками, какой смысл что-то делать? Дети? А что дети? Им не грозит никакая опасность. О них позаботятся — в отличие от нее.
От живого мертвеца.
Она стиснула зубы от очередного приступа тоски, от которой хотелось выть и раздирать себе лицо ногтями. Она одна. Совсем одна. Никого нет рядом. Никто не придет к ней и не спасет от окружающего кошмара. Ей остается лишь бороться с собой самостоятельно. Словно стеклянная стена отделила ее от окружающего мира, замкнув в крохотном мирке чудовищной депрессии и нежелания жить. Голоса Клии, Айсоки и Мая, навещавших ее по нескольку раз в день, доносились до нее глухо и невнятно, словно все из-за той же невидимой перегородки. Хотелось забраться под одеяло, свернуться клубочком, закрыть глаза и умереть навсегда. Чтобы никаких больше оживлений и ложных миров.
В дверь громко постучали, и тут же, не дожидаясь ответа, из прихожей в комнату ворвался Май.
— Впотьмах, — назидательно сказал он, — сидят, когда нечем за освещение платить. У тебя что, волшебные батарейки кончились? Так скажи Бо, она новых принесет. Сира, кончай нюнить и кукситься. Хорошие новости.
Под потолком замерцал и вспыхнул, разгораясь, шар лампы. Май подошел к диванчику и с размаху плюхнулся на него. Подумав, он упал навзничь, пристроил голову у опешившей Сиори на коленях и перебросил длинные ноги через подлокотник.
— Тоскуешь, Сира? — спросил он, прищуренно глядя снизу вверх.
— Я в порядке, Май, — ответила ректор, стараясь, чтобы ее голос звучал бодро. — Просто задумалась. Ты не мог бы… м-м, убрать голову?
— Мне так удобнее, — отказался Демиург. — Так вот лежишь, и кажется, словно у мамы пристроился. Не то чтобы я помнил свою мамашу-алкоголичку, но какие-то такие чувства возникают. Погладь меня по головке, мамочка, а я тебе улыбнусь? А?
Сиори захотелось сказать ему что-нибудь едкое, однако она сдержалась. Толку-то? Можно подумать, здесь, в Академии, он хоть раз прислушался к ее словам. Демиург, да. Божественное существо. Творит что захочет… Вместо того она сдвинулась в сторону, так что башка Мая съехала с ее колен, и встала, оправив форменную юбку.
— Ты чего-то от меня хотел, господин Май? — сухо спросила она.
— Ага, — кивнул Демиург. Он порывисто вскочил, опустил руки Сиори на плечи и заставил ее опуститься обратно. — Ну что, Сира, ты по-прежнему настаиваешь, что хочешь проснуться по-настоящему? Вспомнить прошлую жизнь? Даже если там не найдется ничего хорошего, что стоило бы помнить?
Сиори заледенела. Неужели?..
— Момбан сообщил, что подготовка твоей психоматрицы к сатори закончена. Мы можем начать прямо сейчас.
— Тогда начинайте! — резко сказала Сиори. — Я хочу вернуть себя настоящую.
— Ты и есть настоящая, Сира. Ты просто не все помнишь. Ложная личность — всего лишь небольшая надстройка над настоящей. Просто немного фальшивых воспоминаний, которые со временем растворятся и уйдут — а ты останешься. Ну, раз настаиваешь, начинаем. Однако я хочу сразу тебя предупредить: ты какое-то время не сможешь толком владеть собой, своим телом. Возможно, ты на время утратишь способность вызывать Атрибут, и тебе придется учиться владеть им заново.
— Зачем мне Атрибут? — колко спросила Сиори. — Если мир вокруг ненастоящий?
— Ну, мало ли, — Май пожал плечами. — Вдруг ты к нему так привыкла, что жизни без него не представляешь. Бо! — громко сказал он в пространство. — Поехали. На какую кнопку нажимать?
