хозяина, готовая в любое мгновение повиноваться любо-
му приказу или предупредить оный.
Сын, тощий бледный юноша, вяловато ковырял вил-
кой подгоревший стейк, скучающим взглядом блуждая по
лицам родителей: от одного к другой.
- Марк, - слабым голосом окликнула его мать, - если
будешь так есть, никогда не поправишься и не избавишься
от прыщей.
- Оставь его, Лира. Он явно переутомлён. Избыток
информации, экология и тому подобное.
- Я все понимаю, но растущий организм должен полу-
чать полноценное питание.
- Да, конечно. Ты права. Не каждый имеет возмож-
ность получать естественное питание. Надо ценить.
- Я ценю. И вообще. Мне через месяц восемнадцать.
И я горжусь этим.
- Ох, как быстро время летит. Уже восемнадцать. По-
верить не могу. Моему сыну скоро восемнадцать.
- Чем старше, тем оно летит быстрее. Ласточкой
стремится вдаль, увлекая за собою. А я не хочу этой стре-
мительной быстроты. Вот и мне уже под сорок, - Лира
выжидательным взглядом посмотрела на мужа, надеясь на
комплимент.
- Мам, ты выглядишь потрясающе! Никто не даст тебе
больше двадцати.
- Так уж двадцати.
- Ну хорошо. Чуть больше двадцати пяти.
- Спасибо, сынок. Только твой отец так не думает.
- Я вообще-то считаю - тебе не больше пяти, ну от
силы двенадцати...
- Тебе, мой дорогой, свойственно пошутить, но я
склонна наполовину поверить, и только чтобы сделать
тебе приятное, - с некоторым едва уловимым раздраже-
нием в голосе произнесла Лира.
- Как дела в колледже? - задал вопрос Виктор Ар-
нольдович , не обращая внимания на некоторое раздраже-
ние в голосе жены.
- Дела? Всё едино - обучают. Вот есть у нас такая Хана...
- Хана? И что? - встревожилась мать.
- Да так. Одна девчонка.
- Говори, если начал, - заинтересовался отец.
- Так. Ничего особенного. Она сегодня снова слиняла
с занятий.
- А я подумала... Только и всего? - успокоилась мать.
- Ей можно, - мечтательно вздохнул Марк, - а мне
раз и навсегда запрещено.
- А тебе запрещено. Не подводи отца. Хорош будет
твой отец, когда его за тебя полоскать начнут по всем ста-
тьям. Ты должен держать марку, - Мать нервно постучала
вилкой по стакану.
- Марк должен держать марку. Разумеется, имя обя-
зывает. А я что? Я - ничего... Держу. Стараюсь держать
эту самую, как её... Марку.
- А сладкое?
- Спасибо. Неохота.
- Снова всю ночь будешь болтаться по Интернету? -
строго спросил отец.
- Не-а. Я так. Слегка. И потом, я же и задание выпол-
няю по предметам.
- Два часа на занятия - и спать. И никаких возраже-
ний, - пригрозил пальцем Виктор Арнольдович.
- Сынок, у тебя идёт перегрузка. Доктор сказал, что
тебе необходимо высыпаться, - умоляюще посмотрела на
сына Лира.
- Я знаю. Спасибо, пап. Спасибо, мам, - Марк по оче-
реди поцеловал родителей и неуверенной походкой вышел
из столовой.
Смаков посмотрел на собаку. Та тут же встала, завиля-
ла хвостом, издала скулящие звуки.
- Что нового, Лира? - спросил спокойно Виктор Ар-
нольдович, принимаясь за десерт.
- Была сегодня у мамы. Приболела она, - сокрушённо
вздохнув, ответила жена.
- Что с ней?
- Непонятно. Слабость сильная.
- Отвези ей фруктов. У нас всё равно пропадают.
- Спасибо. Отвезла.
- Валерия Степановича к ней пригласить? Известней-
ший светило. Пусть поставит диагноз.
- Он же нейрохирург, - удивилась жена.
- Наев прежде всего замечательный врач. Все верхи у
него консультируются.
- Хорошо. Пригласи, если ей лучше не станет.
- Ей же ещё и восьмидесяти нет. При наших достиже-
ниях, наших технологиях, нашей медицине... - Смаков за-
пнулся. Что-то не тот набор фраз из него полез. Чиновничий.
- Да-да. - согласно закивала жена. - Продолжитель-
ность жизни неуклонно растёт. В наш век высоких техно-
логий, в век беспрецедентного освоения космоса, - она
поперхнулась и закашлялась.
- Ударить по спине?
- Нет. Нет. Сейчас пройдёт. Спасибо, дорогой. Не
надо. Сейчас. Уф! - уронила голову в руки. - Устала я.
- Отчего? Не работаешь, дома сидишь. Всем обеспе-
чена. Отчего ты устала?
- От этого и устала. От монотонности и скуки, - сде-
лав скорбное выражение, Лира отпила из бокала немного
яблочного сока.
- Поискать тебе работу? - муж тоже отпил глоток
сока.
- Я так давно не ходила на работу, что даже и не
знаю. - пожала плечами Лира.
- Почему бы тебе не вернуться к занятиям живо-
писью?
- Кому это надо? Сейчас это не пользуется спросом.
Любой с помощью программы может изобразить такое!
- Но это не является искусством в подлинном смысле
этого слова. Искусство творит человек.
- Вот-вот. Сотворили чудо машины. И музыку за нас
пишут, и стихи, и картины. Всё, что угодно.
- Это не исключает возможности заниматься твор-
чеством и нам. Даже наоборот. Машина не может со-
здавать новое, а человек вполне и достаточно многочис-
ленно.
- Только и осталось, что искусство прошлых времён.
И не спорь со мной! - повысила Лира голос, утирая сал-
феткой слезу.
- Я и не спорю. Так. Выражаю своё мнение. Займись
основательно английским, - занервничал Виктор Арноль-
дович, не выносивший женских истерик.
- Мне этот английский негде применить. Я ни с кем не
общаюсь. Мне не интересны разговоры ни о чём с моими
бывшими однокурсниками. Да и время не то. Сам знаешь.
Каждый сам по себе. Замкнулись в своих семьях, своих
