О здоровом сне пришлось забыть. Не прошло ни одной ночи, чтобы мне не снились пугающе реалистичные сны. Настолько реалистичные, что к исходу первой недели я начал сомневаться, где настоящая сторона моей жизни, а где — фальшивая. Многие события из прошлого обретали нехарактерные ранее оттенки, казалось, я видел их под иным ракурсом. Постепенно они стали переплетаться с вновь приобретёнными свежими знаниями, отчего создавалось стойкое ощущение, будто я знал о рассказанном мне мистером Корти ещё в конце двадцать первого века. Перед тем, как узнал о диагнозе. Конечно, такое было невозможно в принципе. Память — сложная штука, как гигантская библиотека, где несколько томов могли ошибочно оказаться не на тех полках. Но некоторые образы — пугающие и не очень — не отпускали меня из ночи в ночь.
Где бы я ни находился в своём сне и какой бы сюжет ни видел, через какое-то время меня то и дело начинал преследовать странный человек в белом халате, а я убегал от него по бесконечным коридорам с постоянно сжимающимися стенами. Перед пробуждением человек практически наступал мне на пятки, а стены соприкасались с плечами, зажимая в тиски, и в этот момент я просыпался в поту со сбитой постелью. Мне казалось, что с каждым разом пробуждение случается позже предыдущего, и во сне у меня остаётся всё меньше пространства. Такими темпами рано или поздно я буду схвачен преследователем, либо же раздавлен коридором.
Не могу сказать, что меня не беспокоило это сновидение, поэтому я поделился переживаниями с мистером Корти, на что тот прописал успокоительное средство и уверил, что всё пройдёт, как только мозг выстроит для себя цельную картину окружающего мира.
Второй преследующий образ касался «Хрома». В действительности так называлась карантинная зона для отступников в прилегающих районах Голема, ранее по истории — Холдинг регенерации, омоложения и мутаций. В моих же навязчивых видениях это был гигантский инопланетный спрут с миллионами щупалец, окутавший планету целиком. Мне приходилось ловко убегать от него по разрушенным улицам Голема, укрываться в уцелевших зданиях, которых ночь за ночью оставалось всё меньше. Как городов на Прайме, если верить официальной версии. Впрочем, я пока не углублялся в детали и не старался охватить необъятное, внимая предупреждениям Корти о возможной информационной интоксикации. По его словам, последствия такого пресыщения могли оказаться губительными для разума. И чтобы снизить риск, он записал меня на лекционный курс. Там информацию воспринимали, как лекарство. Вводили медленно, малыми дозами, с хирургической аккуратностью. Я кое-что узнал об основах сложившегося миропорядка.
В середине двадцать второго века человечество поразил некий супервирус, затаившийся в найденных артефактах на Титане, спутнике Сатурна. Я увидел записи первопроходцев, выглядевшие до жути правдоподобно. Они нашли Портал в далёкую галактику, расположенную в миллионах световых годах от Млечного Пути. Пока Портал функционировал в штатном режиме, люди старались раскрыть его секрет, но за несколько десятилетий так и не преуспели. Зато успешно заселили некоторые планеты в открывшейся Системе, в частности, Прайм. Исследованиями Портала занимался пресловутый ХРОМ, а колонизацией — его дочерняя корпорация.
На очередном этапе экспериментов с Порталом кто-то допустил фатальную ошибку, выпустив супервирус наружу. Девяносто восемь процентов человечества погибло, большая часть освоенных и терраформированных территорий пришла в негодность. Сохранить жизнь удалось в локальных очагах — городах вроде Голема. На перемещения по заражённому пространству вне городов отваживались немногие. Но именно благодаря этим смельчакам популяция человеческого вида не только увеличивалась, но и разбавлялась новыми здоровыми организмами. Речь о возвращенцах, таких же, как я. Спящие в анабиозе люди, спрятанные в панцире криокапсул, успешно пережили первые волны эпидемии, окрещённой как хромированная. Но они оставались рабами своих же персональных крепостей и невольниками времени. Их следовало найти на просторах разрушенных миров, доставить в безопасное место и реанимировать.
Правда, та фатальная ошибка в исследовании Портала имела и оборотную сторону — позволила людям будущего установить связь со своими предками, то есть нами. Оттуда и появились циферблаты.
Пока это всё, что мне позволили узнать.
Через неделю мне предстояла положенная отправка в карантинную зону. Почувствовать разницу, так сказать. Во время поездки случилось запоминающееся событие. Я познакомился с ещё одной девушкой, в этот раз блондинкой. Само по себе событие ничем не примечательное, знакомство должно было скрасить мои угрюмые переживания, но в итоге лишь сгустило в них краски.
