Он одет просто – джинсы, футболка и кроссовки «Найк». При виде его мое сердце начинает биться вдвое быстрее. Так и хочется упасть ему в объятия и провести в них остаток ночи, но мы должны завершить начатое.
– Привет, – шепчу я.
Сэм проходит мимо меня и тяжелым шагом направляется к Доминику. Тот едва не лопается от злости. Тяжело дыша, он отчаянно дергается, пытаясь высвободиться.
– Больно видеть, как низко ты пал, мой старый друг, – вздыхает Сэм.
– Да пошел ты! – шипит Доминик.
Сэм глядит на него, вздыхает, потом берет стул за спинку и поднимает его. И вот Доминик снова в вертикальном положении, а Сэм стоит перед ним.
– Она тебя просто использует! – рычит Доминик. – Неужели сам не понимаешь?
Сэм склоняет голову, затем переводит взгляд на меня:
– Пора?
Я киваю:
– Пора.
Отступив на шаг, Сэм замахивается и бьет Доминика кулаком в лицо. Тот охает, но сознания не теряет. Сэм наносит второй удар, и на этот раз голова Доминика падает на грудь. С его губ капает кровь.
Скривившись от боли, Сэм трясет кистью. Подбегаю к нему, беру его за эту руку и целую костяшки пальцев.
Наши взгляды встречаются. Свободной рукой он дотрагивается до моего опухшего глаза.
– Ах ты, моя бедняжка, – тихо говорит Сэм.
– Со мной все нормально. Полиция, надо думать, уже едет.
Не успеваю произнести эти слова, как из дальней части дома доносится грохот. Сэм направляется в коридор, я следую за ним, и мы входим в комнату к Бринн и Шавонн. Стул Бринн опрокинут на пол, она лежит, уставившись в потолок, и с дикими гримасами дергается из стороны в сторону. При нашем появлении обе подруги замирают.
– Что, черт возьми, происходит? – спрашивает Бринн. – В нашем плане такого не было!
Обхожу Сэма и поднимаю стул Бринн.
– Единственное, что от вас требуется, – посидеть вот так еще несколько минут. Доверьтесь мне.
– Я тебе не доверяю! – кричит Бринн. – Что за тип сюда приходил? Что он с нами сделал?
Она имеет в виду Рикардо. Тот не хотел, чтобы женщины увидели и запомнили его лицо, поэтому надел лыжную маску. Так мы с ним договаривались. Бринн ужасно разозлилась и принялась вопить, что я обманщица и интриганка, такая же как Доминик, по этому Рикардо усыпил ее первой. Затем он проделал то же самое с Шавонн. Ее рот все еще был заклеен скотчем, и кричать она не могла.
«Все будет хорошо!» – громко пообещала я женщинам, прежде чем Рикардо выполнил свою работу.
Но сейчас вижу по их глазам, что ничего хорошего они в моем поступке не видят.
– Клянусь, он не причинил вам вреда! – уверяю я. – Этот человек всего лишь следовал моему плану. Я решила действовать самостоятельно, чтобы не возникло никаких осложнений. Полиция уже едет, Доминик в западне. Как только копы войдут в коттедж и увидят эту жуткую сцену, его упрячут за решетку.
Бринн затихает:
– А ты… ты записала его признание?
– Да.
– Про Джона Болтона он тоже сказал?
– Да, – киваю я.
На глаза Бринн наворачиваются слезы, но она сдерживается и переводит взгляд на Шавонн. Та с растерянным видом смотрит на подругу в ответ. Похоже, Шавонн готова поднять белый флаг и поскорее оказаться в том уголке земли, который называет своим домом.
– Я должна его увидеть, Джолин, – настаивает Бринн.
Бросаю взгляд на Сэма, тот переминается с ноги на ногу.
– Бринн, ты связана. Как я объясню полиции, почему… – начинает он.
– Если одна из нас будет на свободе, они подумают, что до приезда Сэма Доминик не успел осуществить свой план.
Бринн умоляюще смотрит на меня, и я вздыхаю. Если я развяжу ее, труды Рикардо пойдут насмарку. Согласно нашему замыслу, для убедительности обе женщины должны быть привязаны к стульям. Но тут мне приходит в голову: когда все слишком гладко, это тоже подозрительно.
– Пожалуйста, Джолин, – упрашивает Бринн.
Со вздохом поворачиваюсь к Сэму:
– Принеси что-нибудь, чтобы разрезать трос.
Сэм быстро отыскивает старый ржавый нож и начинает резать эластичный трос, которым Бринн привязана к стулу. Освободившись, она тут же встает и спешит прочь из комнаты. Следую за ней, а Сэм остается в комнате с Шавонн.
Доминик снова лежит на полу. Когда Бринн приближается, он едва заметно приподнимает голову. Попытка слабая, но это ему удается. Бринн подходит к нему сзади и, поднатужившись, поднимает его вместе со стулом. Прижимаю ладонь к губам. Грудь Бринн бурно вздымается, когда она смотрит на человека, сломавшего ей жизнь.
Проходят секунды, а она лишь молча взирает на Доминика. Беспокойно топчусь на месте и поглядываю в окно: полиция вот-вот будет на месте.
– Бринн?.. – бормочет Доминик, и его глаза открываются шире.
В комнате темно, но я вижу, как на ее глаза наворачиваются слезы. И вдруг по дому разносится пронзительный вопль. Бринн с размаху бьет Доминика кулаком в лицо. Он вскрикивает.
– Это тебе за Шавонн! – орет она и лупит его опять, настолько сильно, что кровь у него из носа льется с новой силой. – А это за то, что ты чуть меня не убил, подлый, тупой мерзавец! – продолжает кричать Бринн. – Я бы тебя на месте прикончила! Мне терять нечего, ты все у меня отнял!
