— Да кто ты такой есть, чтобы указывать, что мне делать или не делать? — прошипел Костя, чуть ли не по слогам. — Я, между прочим, ее парень.
К нам подходит девушка официантка
- Водки. Двойную. И быстр! - не сводя с него глаз, произношу обращаясь к ней.
- Тоже самое, - вторит он, брезгливо смотрит на меня, сжимая кулаки
- Любишь ее? - лицо парня вдруг стало на глазах меняться, целая гамма разнообразных чувств чередой отразилась на нём: скептицизм, решительность, злость. Но самое неожиданное — на краткий миг столько боли появилось в его глазах
Костя весь вытянулся, напрягся, повернулся лицом ко мне и напрямую спросил:
-Это ты?
Мне сразу стало понятно, о чем он спрашивает, очень хотелось ответить ему, объяснить раз и навсегда, что Марину он потерял! Безвозвратно! Что она ушла от него. И да, теперь она со мной! Прям чесалось…но я вспомнил, что обещал Златовласке молчать… Одно дело его домыслы, и совсем другое уверенность после моего утверждения, которая могла осложнить девушке и без того трудную ситуацию.
- Ты о чем?
- Не может быть… - потрясенно произносит он, - …она бы никогда не посмела, - залпом выпивает принесенную рюмку водки. - Господи! Да когда же вы успели… — горько усмехается.
Повисла напряжённая тишина; мы буравили друг друга тяжелыми пристальными взглядами, не желая уступать этот поединок.
Молчание нарушила девушка-официантка, она подошла к столу и кокетливо обратилась к нам:
- Еще чего-нибудь желаете?
– Бутылку водки принесите, и минералку, - бросает официантке. — Что у вас тут обычно заказывают?
— У нас очень разнообразное меню. Есть… — начала с воодушевлением девушка, но тут же была бесцеремонно перебита.
— Принесите что-нибудь на свой выбор, я потом просто все оплачу, — небрежно отмахнулся Костя.
- Водку принесите сейчас, пожалуйста, холодную только — поторапливаю девушку. - Ты любишь её? – снова повторяю вопрос, опрокидывая рюмку
— Да! — коротко ответил он. – Мы четыре года вместе. И этим всё сказано!
- А она тебя? – закипая, спрашиваю его. – Она любит тебя?
Официантка приносит запотевшую бутылку водки, минералку и стаканы
- Знаешь, что, брат, - язвительно произносит он, пододвигаясь ближе ко мне, разливая водку по стопкам, внимательно смотрит на меня, - она любит меня! Только немного запуталась. Но это не страшно…моя девочка, все поймет … Я за ней приехал, чтобы с собой забрать — выпалил Костя, и замер в ожидании. – Давно надо было это сделать…
- О как! - выпиваю налитую в стопке водку, смотрю него с прищуром, - а она об этом знает? Что-то мне не показалось, что Марина безумно рада тебе, - злобно выдыхаю. – Счастья не было видно в глазах у нее!
- Она не знает, чего хочет, - сквозь зубы произнес он, - Мы поженимся, и уедем. Я все для нее сделаю…никому не отдам. …она моя! Моя! - опрокидывает шкалик и снова разливает холодную водку, - Я на все способен… – разъярённо прошипел мне в лицо.
Я напрягся ещё сильнее, это было похоже на угрозу…только не понятно кому адресованную: Марине или мне.
- Она мне не чужая! Я не дам ее обидеть! - беру стопку и выпивая, морщусь, чувствуя, как огненная жидкость падает в желудок и начинает разносить тепло по организму.
- Мы поженимся, и уедем отсюда подальше…- чеканя каждое слово, с ненавистью глядя на меня выплевывает он. - И ты нам не сможешь помешать!
- Да ты что? - еле сдерживаю себя в руках, чувствую, как во мне закипает ярость от его уверенного тона, готов наброситься на него
- Я разговаривал с ее матерью… - продолжает вколачивать в меня гвозди, - она не против.
- А отец?
- Отец? -усмехается, - поможет с окончанием университета в Варшаве. По крайней мере, так сказал, - пожимает плечами, наблюдая мою реакцию.
Вскакиваю, переставая контролировать себя, и рывком поднимаю его на ноги. Мне хотелось хорошенько приложить его, чтоб ушла эта надменность и самоуверенность.
- Главное, чтоб Марина этого хотела - хрипло произношу, - я желаю ей счастья! - липкая горечь разлилась во рту.
- Нам твое благословение не нужно! – уголок его губ поднимается в довольной ухмылке. – Брат!
Я чувствую, как меня ломает от желания съездить кулаком по этой наглой морде … но сдерживаюсь. Медленно вынимаю бумажник и бросаю на стол купюры, стремительно выхожу из бара, оставляя «жениха» одного!
В целом, наверное, этот парень был неплохим. Но его появление сейчас рядом с Мариной явно было лишним. Она сказала ему, что больше не хочет с ним встречаться, какого …он цепляется за нее? С одной стороны, я прекрасно понимал его желание вернуть девушку, его выстроенный мир рушился и ускользал, после того как из него исчезала она, та, которую он уже считал своей собственностью. При мысли, что ею обладал другой, внутри меня начинает рычать дикий зверь. Ведь это мог быть я. Я был её первым. Мог стать единственным. И тогда бы не было всей этой абсурдной ситуации. Но я был молод, и чувства меня испугали. Черт!
