— Черт, — сказала я, проводя рукой по лицу. — И гибриды могут выжить, питаясь вампирской кровью. Сиренити сказала мне, что технически ей больше не нужна человеческая кровь. Осознание того, что именно задумала Эстель, вызвало у меня отвращение до глубины души. — У меня такое чувство, что мой дядя понятия не имел, во что ввязывается. Он ненавидел дарклингов. Он ни за что не согласился бы помочь ведьме превратить всех в гибридов.
— Вероятно, она солгала ему, — предположил Тэйн. — Он хотел уничтожить дарклингов, поэтому она наложила на себя чары и притворилась, что может превратить всех нас в людей, хотя на самом деле она собирала ДНК для своих сывороток.
У меня кружилась голова. Всего этого было слишком много. Я ни хрена не смыслю в науке или биологии, но знаю, что если у тебя достаточно богатства и власти, ты можешь нанести огромный ущерб и убедить кучу людей выполнять за тебя грязную работу.
Если бы мы не нашли Эстель и не ликвидировали ее, существовал вполне реальный шанс, что похищения возобновились бы, и мы вернулись бы к исходной точке. Эстель, обвинившая меня в убийстве, была лишь первым шагом к тому, чтобы убрать нас с ее пути.
— Мы будем рядом с тобой, — сказал Уор, его темные глаза впились в мои. — Никто больше не причинит тебе вреда, я обещаю.
Низкое рычание донеслось от Гарета, и когда я посмотрела на него, его глаза были яркими, в них отражалась луна.
— Они тебя не тронут.
Тепло распространилось по мне, несмотря на прохладу в ночном воздухе, когда начал падать снег.
— Итак… партнеры, — сказал Тэйн через мгновение, его яркие глаза метались между Гаретом и мной. На его лице была дерзкая ухмылка, которая заставила меня закатить глаза.
Гарет демонстративно придвинулся ближе ко мне, и я положила ладонь ему на плечо. Его кожа была горячей на ощупь.
— Я все еще пытаюсь переварить это сама. — Я рассмеялась. — Надеюсь,… Я надеюсь, что это не странно. — Мне стало неловко.
— Пока я еще могу это делать, — сказал Тэйн, наклоняясь ко мне, крепко целуя, прежде чем отстраниться с игривым блеском в глазах.
Я взглянула на Гарета, который просто покачал головой с вечным хмурым выражением лица.
— Если ты пытаешься разозлить меня, это не сработает, — сказал мой партнер. — Моя пара получает то, что хочет.
Тэйн удивленно поднял бровь.
— Это правда? И чего хочет твоя прекрасная, обаятельная, идеальная пара? — Его взгляд скользнул по моему телу, и я запоздало осознала, что на самом деле одета не по-зимнему в шорты и просторную ночную рубашку.
Я оглядела их троих, которые наблюдали за мной голодными глазами. Моя кожа горела, а в животе порхали бабочки.
— Черт возьми, ребята! — Крикнула Сиренити, выходя на улицу. Я подпрыгнула, прижав руку к груди, когда мое сердце подскочило к горлу. — Почему вы все собрались здесь, а не внутри, где тепло?
Тэйн выпустил дым в небо, прежде чем затушить сигарету об один из пустых цветочных горшков Уора.
— Мы наслаждались чрезвычайно романтическим моментом.
Моя кузина фыркнула, пошевелив бровями, когда на моих щеках появился румянец.
— Хорошо, тогда продолжайте, — дерзко сказала она, прежде чем скользнуть обратно в дом. Она помедлила, прежде чем дверь захлопнулась, и добавила: — Не забудьте предохраниться!
Я наклонилась, зачерпнула пригоршню рыхлого снега и бросила в нее. Она взвизгнула и захлопнула дверь, а парни захихикали.
— Почему мы сидим в твоем сарае? — Спросила я, откидываясь в шезлонге. Уор раздавал ледяное пиво, а Тэйн нашел в коробке старый проигрыватель, который действительно работал.
— Я подумал, мы могли бы дать им немного места, чтобы освоиться, — сказал он, потягивая из бутылки и неторопливо оглядывая меня.
— Я нахожу это довольно удобным, — сказал Тэйн, подставляя под иглу старую пыльную пластинку. Заиграл старый блюз.
В сарае было холодно, но просторно, и с четырьмя телами, заполнившими его, согреться не займет много времени, особенно после того, как Тэйн волшебным образом зажег несколько походных фонарей.
Для каждого из нас были шезлонги, так что мы сели в круг. Мерцающий свет отбрасывал приятное оранжевое сияние на темное пространство. Это был не старый покосившийся сарай, а скорее небольшое складское помещение, похожее на гараж, в котором почти ничего не было, кроме дюжины коробок и каких-то безделушек или спортивного инвентаря.
— Значит, это твое убежище от мира? — Спросила я Уора.
— Уже около ста лет. Я приезжаю сюда всякий раз, когда не могу больше жить в городе и мне нужен перерыв.
— Это умно. Я бы все отдала за такое место, как это.
Он улыбнулся.
— Тебе здесь рады, когда ты захочешь, Трикс. Что принадлежит мне, то принадлежит и тебе.
Тэйн склонил голову набок, глядя на брата с понимающим выражением в глазах.
— Никогда не думал, что доживу до того дня, когда Палач наконец падет. — Уоррик свирепо посмотрел на Тэйна, но спорить не стал.
— А что с этим вообще такое? — Спросила я. У меня никогда не хватало смелости спросить его, но мне было так любопытно.
— Это долгая и кровавая история, — пробормотал Уор, потягивая пиво.
— Думаю, я рассказываю лучше всех, — сказал Тэйн.
