Роща сменилась холмистыми лугами, и через некоторое время вдалеке показался Фроккол с его высокими башнями, венчавшими остроконечные крыши, а за ним в зеленоватом мареве силуэтом завиднелись загородные дома и обширные виноградные раздолья Вальштора.
— Надеюсь, вы помните, что нам придётся играть счастливых влюблённых? — обратил на себя слишком занятое рассматриванием декоративных деревьев внимание девушки.
Фабиана снова колко глянула на него.
— Разумеется, но не нужно переусердствовать. Вы знаете, о чём я...
Истинное удовольствие наблюдать, как расцветает на бархатных щеках багрянец смущения на строгом лице фиалки.
— Не обещаю, — ответил Ламмерт. Глаза Фабианы негодующе округлились, и Хэварт поспешил добавить: — всё будет зависеть от ситуации.
Карета как раз проехала арочные каменные ворота, погружая их на миг в тень. Ламмерт открыл дверцу, едва экипаж остановился.
Всё было по-прежнему. Посередине площадки сверкал небольшой фонтан, искрясь в солнечном свете брызгами, повсюду кусты из роз и лилий. Маргрет любила цветы, видимо, судя по их обилию, сейчас ещё больше. Воспоминание нахлынули рекой, здесь Хэварт прожил всё юношество. И если раньше он думал, что многие моменты его жизни стёрлись из памяти, то сильно ошибался, даже воздух здесь был таким же неизменным, как пять лет назад.
Их встретил дворецкий. Хэварт, приблизившись к явно взволнованной фиалке, бережно взял её руку и положил себе на сгиб локтя. Невольная близость прошлась тягучей дрожью по телу, и как бы Фабиана ни пыталась делать равнодушный вид, она заметно напряглась, сжимая его предплечье. Ламмерт скользнул взглядом по узким бликовавшим окнам. Наверняка кто-то уже заметил их.
— Может, ты всё же улыбнёшься мне? — тихо попросил.
Мягкие локоны коснулись его губ, когда Фабиана повернула к нему лицо, и едва до неё дошёл смысл сказанного, розовые мягкие губы растянулись в улыбке, и снова сомкнулись в надлежащей невозмутимости. На самом деле он хотел немного развеять чрезмерное волнение, которое каким-то образом передалась от Фабианы к нему, что крайне не понравилось, будто это всё не роль, которую он должен играть, чтобы усыпить бдительность родственников, а самые настоящие переживания. Всё-таки это была плохая затея — взять Фабиану с собой, он бы нашёл какой-нибудь другой выход. Одно дело — притворяться перед незнакомыми людьми, другое — перед теми, кто его знает с пелёнок. И если бы только это — почему-то всё больше казалось, что он сживается с ролью мужа всерьёз.
Хэварт бросил короткий взгляд на Фабиану, которая стала бледной, как полотно. Мышцы спины мужчины ощутимо напряглись, когда в холл навстречу им вышла сама хозяйка Фроккола — госпожа Маргрет эрн Ламмерт. Естественно матушка вышла не одна, а в компании Эммера, на лице которого засверкала довольная ухмылка. Наградив Ламмерта самонадеянным и подстрекательным взглядом, Эммер задержал его на Фабиане, не пытаясь даже для приличия скрыть блеск восхищения.
Затея и в самом деле скверная, потому что внутри Хэварта толкнулось и завибрировало подозрительное чувство превосходства и гордость обладания столь прелестным созданием — Фабианой эрн О-Лидер.
Матушка за эти пять лет почти не изменилась, разве только ещё больше похорошела, не считая той залёгшей печали в глубине глаз с той поры, как умер отец. И всё же они засверкали, когда Маргрет посмотрела на Хэварта, ласковая, сдержанная, со строгими манерами. Улыбка задержалась на её губах, и Хэварт знал, сколько сейчас чувств переполняло её и, если бы не формальность, она кинулась бы его обнимать, но Маргрет, как и полагает достойной хозяйке, перевела взгляд на Фабиану:
— Рада вас видеть в этом доме. Добро пожаловать.
Лицо Фабианы стало ещё белее.
— Прошу прощение за долгое отсутствие, — начал Хэварт, перехватывая внимание на себя, — по приезду в Ристол насущные дела затянули. Это моя жена Фабиана.
Молодая миледи чуть присела в реверансе, как и требует этикет.
— Моя матушка — госпожа Маргрет эрн Ламмерт, — представил О-Лидер хозяйку Фроккола.
— Приму за честь знакомство с вами, — надо отдать фиалке должное, ее голос звучал ровно и спокойно.
Хэварт глянул на наблюдавшего с явным удовольствием Эммера.
— С Эммером миледи уже знакома.
— И я тоже рад знакомству, — отозвался он.
— Я наслышана о вас, Фабиана, — продолжила матушка, и девушка крепко сжала локоть Ламмерта, явно настораживаясь. — Сколько бы о вас ни говорили, но, признаться, даже не думала, что вы настолько прелестны.
Фабиана робко улыбнулась, пряча внутреннее волнение. Хорошо, что Маргрет не из тех, кто собирает сплетни, а возможно, она читала всю эту прессу, только не показывала вида.
— Благодарю, — совсем смутилась фиалка.
— Что ж, слуги уже накрывают на стол, а пока можно прогуляться по парку, если не возражаете, — предложила Маргрет.
