— Ты не потеряешь, если сама не решишь... уйти, — вдруг сказал он, пронизывая взглядом, притягивая к себе ближе так, что их тела соприкоснулись. Больше не желая ничего слушать, Ламмерт подхватил её под бёдра, что Фабиана только и успела охнуть и обхватить его за шею, чтобы удержаться. — Но сейчас я тебя никуда и не отпущу, что бы ты ни решила, — проговорил в губы, сделав вместе с ней шаг в сторону, опустил на холодную деревянную поверхность инструмента, посадив перед собой.
— Ты обещал рассказать! — возмутилась, когда поняла, что милорд собирается делать.
— Обещал, — он сжал её бёдра и свободно подтянул к себе ближе, — ты задала целых три вопроса, на одну мою просьбу кто-то недавно говорил о справедливости, разве нет? — сверкнул провокационно-мстительным взглядом. — Ко всему считай, что это компенсация за это, — чуть повернул голову, указывая пальцем на след на шее.
— Здесь? — в ошеломлении спросила, осматриваясь, понимая — место для этого не то чтобы неподходящее, а жутко неподобающее.
— Именно, — с невозмутимостью ответил.
— На мой взгляд, не слишком… — прикусила язык, но всё же продолжила, — удобно.
— Мы проверим, — бесцеремонно отнял последние попытки сбежать.
Подхватив колени Фабианы, Ламмерт раздвинул их, прижимаясь неприлично и до жуткого жара тесно, налившая плоть предельно ощутимо упиралась в бедро. Взгляд Ламмерта мгновенно налился магмой и голодом, таким, что по спине Фабианы прошлась колючая волна, собираясь внизу живота знакомой предательской, такой же колючей тяжестью. Фабиана подавила желание закрыться руками, свести колени, снова безысходно предаваясь стыду. Это положение, в котором они находились сейчас, слишком откровенное для неё. Дыхание сперло, когда Ламмерт наклонился, опираясь ладонями на поверхность рояля, чуть нависнув, заставил немного откинуться назад.
— В этот раз больно не будет, так что кусать меня не обязательно, фиалка, — сказал предельно серьёзно Ламмерт, — ...но если тебе это нравится, буду весь в твоих отметинах, — коварно сощурил глаза, давая понять, что тогда она точно с ним не расплатится по счетам.
И как у него получается так легко заставить желать его и стыдливо краснеть, сгорая, словно её сунули носом в печку? Ламмерт, бессовестно воспользовавшись её замешательством, качнул бёдрами — на этот раз плавно. Фабиана задохнулась от ощущения наполненности, в глазах потемнело. Не знала, что делать, оказавшись в таком весьма обескураживающем положении, но когда мужчина отстранился и тут же вернулся, вцепилась в его плечи, обхватив ногами пояс, позволяя свободно двигаться. Ламмерт в ответ на это довольно изогнул бровь, чем вызвал ещё больший приступ неловкости.
Он намеренно это делает! Нравится заставать её врасплох и наслаждаться этим!
Боли и в самом деле не было, а было немыслимо сладкое ощущение его внутри себя, от одного этого едва не меркло сознание. Покои плавно закачались от размеренных движений, прикрыв веки, Фабиана почувствовала себя словно где-то над пропастью, встречая каждый толчок тихим стоном, не веря собственному голосу, который безжалостно её предавал, как и нараставшее в глубине тела удовольствие. Такого горячее, пробиравшего до судорог в пальцах.
Дыхание Хэварта участилось и стало сбивчиво-горячим, будоражащим до дрожи.
Ночью она не понимала, что происходило и чего ждала, но сейчас — знала. Выгнулась дугой в то время, когда напряжение током прошлось по телу, невольно сжалась, вызывая тем самым судорожный спазм в горле Ламмерта, так что он чуть запрокинул голову, давя рвущийся наружу стон, а следом сгрёб девушку в охапку, задвигался быстрее и твёрже.
Фабиана потеряла опору в то время как окружение завертелось в огненном вихре и сразу же опрокидывало в охлаждающую волну блаженства.
Но это был ещё не предел.
Прижав её к себе, Ламмерт стал проникать так глубоко и сильно, что в глазах темнело. Фабиана жадно хватала воздух, ощущая подкатывавшую давящую волну удовольствия, которая внезапно ударила сразу во все частички тела, оглушая и ослепляя.
Обхватил затылок Фабианы, Ламмерт с жадностью вжался в её губы, заставив задохнуться, продолжив проникать, содрогаясь от накатывающего экстаза, требуя двигаться вместе с ним, одновременно, в одном едином темпе. Сердце заколотилось гулко от нехватки воздуха, но когда мужчина толкнулся в неё, с напряжением вжимая в неё пальцы, Фабиана выгнулась. Бурная волна блаженства разлилась по телу, горячим свинцом заставляя надолго сплестись воедино.
Фабиана без сил прижалась к Ламмерту, повиснув на его плечах. Распаленная, дрожащая, дышала в его шею, пытаясь прийти в себя. Ламмерт тоже не двигался, придерживал девушку за спину, дышал так же рвано, как и она.
