Горное королевство полностью

От его улыбки мышцы ее живота напряглись. Каштановые пряди рассыпались у Хейла по лбу. Реми мысленно вернулась в сады Саксбриджа, вспоминая, как перебирала его волосы, какие они мягкие, как потом пахла ее рука, словно океанские бурлящие волны.

– Расскажи еще раз, зачем мы делаем это, – попросила она.

– Клинок Бессмертия у Востемура, – объяснил Хейл, как если бы делал это в первый раз. – Чтобы заявить свои права на клинок, принцу Раффиелу, последнему фейри Горного королевства, нужны талисманы предков.

– Кольцо Шиль-де и Амулет Элузиен, – прошептала Реми.

В голове у нее мелькнуло картинка с молельным деревом в Южном королевстве и ленточками, развевающимися на ветру. Скольким еще придется скорбеть о близких, если они с Хейлом не добудут Амулет? Новая страшная картина вспыхнула перед ее глазами: отрубленные головы на полу Восточного дворца.

С каждый днем Востемур наглеет все больше. Он до того осмелел, что вторгается в Западное королевство. А солдаты Хейла – друзья Реми, эвакуируют жителей Восточного с собственных земель.

Если еще не потеряна надежда отразить угрозу Севера, без помощи древнейшей магии не обойтись.

Девушка почувствовала магию кольца – могущество Горных фейри и красных ведьм – и сжала мешочек с оберегами.

– Хейл, надень завтра кольцо.

Услышав свое имя, принц посветлел – Реми редко позволяла себе это. Ему, похоже, нравилось, как оно звучит.

– Мы заполучили его только с одной целью и этим можем все испортить.

Хейл не мог надеть кольцо и потом передать его другому.

В отличие от Клинка Бессмертия, который магией красных ведьм был связан кровными узами с фейри Горного королевства, кольцом Шиль-де мог воспользоваться любой. Но как только оно оказывалось у кого-то на пальце, то оставалось там навсегда, или пока его не снимали, а тогда… все несчастья, от которых кольцо уберегло, настигали своих жертв. Кольцо защищало только от насильственной смерти. Возраст и время ему не подчинялись.

– Кроме того, – тихо сказал Хейл, и Реми почувствовала, как он ищет ее взгляд в темноте, – если уж на то пошло, кольцо нужно носить тебе.

– Почему? – спросила она. И ее сердце снова забилось громко-громко, и Реми в который раз взмолилась, чтобы принц не услышал этого лихорадочного биения.

Землю сотряс еще один рык. Лошади заржали. Девушка опять подскочила, впившись глазами в направлении звука, но шум раздавался пока еще далеко. Сколько пройдет времени, пока львы учуют их запах и нападут на след?

Она разочарованно шлепнулась обратно, чувствуя себя приманкой для диких зверей, и, нащупав сильную руку Хейла, прижала ее к себе. Принц засмеялся, окутывая ее своим теплом. Другая рука скользнула по ее боку – по грубой ткани рубашки.

– Тише, – заворчала Реми, накидывая меховое одеяло на них обоих. Подтянув к себе мешок, она устроилась между ним и Хейлом.

Да, теперь можно не бояться льва размером с лошадь, который любит человеческое мясо.

Ее волосы овеяло жаром дыхания Хейла.

– Спи, – приказала она.

Принц притянул ее к себе, пока она не распласталась по его сильному телу. Грудь его поднималась и опускалась. И после многих часов, проведенных рядом с Хейлом в седле, теперь этот ритм ее успокаивал. И ровный стук его сердца был тоже ей знаком, как если бы это было ее собственное.

Реми открыла глаза. Все еще стояла ночь. Может, львиный рев ей только послышался? Или приснился? Девушка посмотрела на костер. Пламя по-прежнему ярко пылало.

Сколько же она проспала? Лошади стояли спокойно, и девушка вгляделась в темноту в поисках зеленоватого свечения кошачьих глаз. Ничего. Во сне Реми перекатилась на живот, поближе к мешку, всем телом навалившись на руку Хейла, и его рука лежала…

Его рука была зажата между мешком и ее бедрами.

От ужаса остатки сна мгновенно выветрились у нее из головы. Эта рука. Эта чертова рука была там. Реми кинуло в жар, и его источником было именно это место. Хейл во сне глубоко дышал – за спиной словно перекатывались волны. Его чудесный океанский запах обволакивал ее тело, обостряя чувства. Она уже не понимала, где заканчивается ее запах и начинается его.

И эта рука.

Реми приподнялась, но, шевельнувшись, оцепенела. Боги! Одного секундного соприкосновения хватило, чтобы внутри все загорелось вновь. Рука Хейла дернулась во сне. Прерывисто вздохнув, девушка закусила губу.

– Нравится? – прозвучал сонный голос.

– Ты не спишь!

У Реми запылали щеки. Она хотела отодвинуться, но Хейл навис над ней, прижавшись грудью к ее спине, и провел губами по ее шее до уха.

– Твой запах мертвого поднимет.

Реми задрожала, когда тысячи молний пронзили ее тело. Ее бедра качнулись вперед, и дыхание Хейла опалило ее кожу. Его рука задвигалась, сильнее вжимаясь в это место, и девушка задохнулась от изумления.

Она никогда не ощущала ничего подобного. Никогда. В одной таверне она несколько раз встречалась с парнем. Все происходило быстро, даже приятно, но потом наступало разочарование. Здесь все было по-другому. Он только коснулся ее через одежду, и будто жаркая волна прошла по ее ногам.

– Дальше? – шепнул он ей на ухо.