- Кальвер, поджигай! – это уже я нашему главному артиллеристу.
Эл сам поднёс фитиль к пушке.
- Бабах!
Грозный монстр на четырёх колёсах… больше похожий на корабельное орудие, чем на его полевого собрата… содрогнувшись всем телом, выплюнул в наступающих заряд картечи. На правом фланге вражеской пехоты мгновенно образовалась изрядная брешь, её наступление замедлилось.
Не зря я приказал изготовить этот «горох» вместо огромных чугунных ядер.
- Заряжай! – выкрикнул Кальвер.
Пушкари бросились к орудию, принявшись прочищать ствол. Надеюсь, они успеют выстрелить второй раз, пока противник до конца не прочухался.
- Конница слева! – заорали с башни.
- Рыцари! – послышался панический возглас.
- Молчать! – гаркнул Роллион, - Ортал, прикрой левый фланг!
Вряд ли наши сдержат конную лавину в несколько сот всадников, да и перестроиться не успеют. Я кинулся к пушке, ухватив за лафет и попытавшись занести её «задницу».
Мать его! И как у меня только пупок не развязался? Блин! А зарядить-то мы по-любому не успеваем.
- Диздарус, помоги!
Мой рёв вывел мага из отстранённого созерцания разворачивающейся битвы. Раз! И горка чугунной картечи взмыла в воздух, влетев в ствол. За ней последовал мешок пороха.
- Не-е-ет! Наоборо-от! – взвыл я.
Вражеская конница была совсем близко, но чародей не подвёл. Куль с порохом вылетел обратно. Подождал, пока из жерла пушки выскользнет вереница ядер, и влетел обратно. За ним последовала картечь.
- Кальве-е-ер! – крикнул я, уже ни на что не надеясь. Эл явно не успевал.
Но тут произошло чудо: рог с порохом и фитиль вырвались из его рук и устремились к запальному отверстию.
- Ложись! – рявкнул эллир.
- Падай! – вторил ему Ортал.
Стоявшие перед пушкой пехотинцы, зажав уши, шлёпнулись на землю.
- Дуду-ух! – громыхнуло орудие.
Нёсшихся во весь опор рыцарей, которым до покорно лежавших солдат оставалось несколько шагов, буквально смело. Остальные кавалеристы отпрянули в стороны, но прямо на меня, нацелив копьё, летел всадник в оранжевом сюрко.
Так он и запечатлелся в моей памяти: развевающаяся попона, трепещущие ноздри коня, горящие глаза в прорези забрала и хищный оскал какой-то диковинной твари на маковке шлема.
Миг, и я прыгаю к торчащему из земли бронзовому копью… я выпросил у мага парочку, так, на всякий случай… разумеется, с возвратом… и воткнул их в землю, тут на пригорке, где мы стояли с Диздарусом. Как видите, пригодились!
Ещё мгновение, и с разворота я швыряю копьё во всадника. Зачарованный металл пробивает доспех на груди коня. Снопом летят искры. Породистый скакун, будто врезается в незримую стену. Замирает на мгновение, встаёт на дыбы и валится набок. Скачущие следом всадники придерживают коней. Ещё минута и у них нет никаких шансов.
- Встать! Живей! – надрываются наши командиры.
- Чего застыли?! Вперёд! – орёт Ортал, - В морду, в морду коли! – тут же показывая, как следует поступать.
Тычет остриём алебарды в голову лошади, та дёргается назад. И, пока рыцарь, натягивая поводья, пытается совладать со своенравным животным, бьёт его в правый бок гранёным шипом своего универсального колюще-рубяще-режущего оружия. Хищное, чуть загнутое остриё тут же окрашивается кровью. Незадачливый всадник клонится в седле… Но завершения поединка мне досмотреть не дано.
- В сторону! Берегись! – орут справа.
Оборачиваюсь. Ёшкин кот! Наша четырёхколёсная громада, будто ожив, начинает катиться под уклон. Бедняга Кальвер хочет отскочить и падает прямо под колёса. Я уж думал, ему трындец. Но нет, извернувшись немыслимым образом, эл прямо на четырёх конечностях… будто шимпанзе или горилла… ухитряется сделать три прыжка, которые уносят его от опасности. Смешно? Жить захочешь – ещё не так поскачешь!
В последний момент наши успевают расступиться, и громоздкое орудие катится на застывших от ужаса солдат противника, которые ещё мгновение назад готовы были снести нас к чертям собачьим.
Но и это ещё не всё. Не успела пушка набрать скорость, а наши ряды сомкнуться, как пара могучих быков, притащившая эту каракатицу к воротам… Вернее, катилась она под гору сама. Запряжённые сзади животные не толкали орудие, а наоборот, тормозили, шествуя размеренно и чинно.
Зато сейчас флегматичные животные, ещё минуту назад спокойно жевавшие траву, как с цепи сорвались. Порвав упряжь, они ринулись в проход за пушкой, обрушившись на вражеское войско, как два разъярённых смерча.
- Караул! Демоны! Спасайся, кто может! – тут же взвыла добрая дюжина глоток, и с оглушительными криками тартарцы бросились кто куда.
- Что встали?! В атаку! – не растерялся Роллион и наше немногочисленное войско двинулось вниз по склону, гоня деморализованного противника и сбивая хлипкие заслоны из тех, кто не поддался общей панике.
Одним из таких был одинокий всадник в жёлто-зелёных цветах Балабола, который пытался навести порядок в центре. Вокруг него действительно начали собираться какие-то командиры со своими подчинёнными…
