– Да. Печать Колкана, так долго подавлявшая силу ночи… Когда Колкан умер, печать утратила весь смысл, все влияние, в точности как все остальное, сотворенное им. И запертый здесь мальчик получил возможность уйти. Хотя он уже не мальчик.
– Почему? – спрашивает Сигруд. – Зачем с ним это сделали? Зачем совать нос в такие вещи?
Мальвина смотрит на него с ухмылкой.
– Ах, сэр. Чего Сайпур боится больше всего на свете?
– Божественной силы, разумеется.
– Да. Потому что против нее у Сайпура нет защиты. Не забывай, тогда считали, что черный свинец каджа потерян. А какова единственная вещь, которая, если верить историческим хроникам, может остановить бога?
– Я не знаю. Мне казалось, такого не существует. Разве что… другой бог? – Он глядит на нее, потрясенный. – Постой-ка. Ты хочешь сказать, что Винья Комайд пыталась сотворить собственное божество?
– Правила ведения войны, – мрачно говорит Мальвина. – Всегда обостряй. Если твой противник имеет оружие или технологию, превосходящие твои, сделай все возможное, чтобы разработать собственные.
– Но… но как это могло получиться?
– Ну, она точно не знала, но намеревалась попробовать. Она заполучила божественного ребенка. Может, она хотела пытать его, сломить его разум, перепрограммировать его. И она была готова нарушить много правил, чтобы провести больше исследований. Все, что могло дать ей подсказку, как его переделать. – Мальвина искоса поглядывает на Сигруда. – И она искала идеи где угодно. Открывала любые двери, любые склепы, любые склады, какими бы они ни были старыми, проклятыми или запретными…
Сигруд некоторое время сидит и молчит. Потом его рот открывается:
– Погоди… ты хочешь сказать, что… что такова была истинная причина, по которой Винья Комайд послала Ефрема Панъюя в Мирград много лет назад? Он должен был найти способ сделать из этого ребенка сайпурское Божество?!
– Я думаю, да, – говорит Мальвина. – А ты как считаешь? Она хотела узнать больше о происхождении Божеств. Она сообщила всему миру, что это научная миссия, способ преодолеть пропасть между двумя государствами. Потом она сказала министерству и власть имущим, что миссия Панъюя – секретная, превентивная, направленная на то, чтобы не дать появиться новому богу. Но на самом деле она просто хотела узнать, как устроены Божества. Как студент, вскрывающий обезьянку. Может, Паньюй нашел бы какой-нибудь замшелый старый том, который подсказал бы ей, как вскрыть мальчишку. – Мальвина жестоко улыбается. – Но Ефрем обнаружил неправильный секрет. Он открыл кое-что мерзкое о семье Виньи Комайд. Она приказала его убить, чтобы заткнуть ему рот. Это заставило малышку Шару Комайд отправиться в Мирград и начать разнюхивать… Остальное тебе известно.
– Шара открыла, что Жугов и Колкан еще живы, – говорит Сигруд. – Она убила их в Мирградской битве. Она узнала секрет, который позволил сместить Винью. И гибелью Колкана она случайно освободила мальчика из здешнего плена.
– Ты никогда не задумывался о том, почему Винья так легко отказалась от власти? – спрашивает Мальвина. – Конечно, может, Шара хорошо ей пригрозила. А может, Винья получила сообщение о том, что «Салим» был разорван изнутри и существо, которое на нем держали, не просто убило пару сотен солдат голыми руками, но свободно и вырвалось в мир. Может, Винья знала, что кое-кто чрезвычайно могущественный теперь имел очень вескую причину убить ее очень мерзким способом. И может, она больше не хотела находиться у всех на виду. Может, потому-то она и спряталась. А потом, в 1722-м… он ее настиг.
Сигруд резко выпрямляется.
– Ты хочешь сказать, что Н…
Она вскакивает в ужасе.
Сигруд застывает, потом бьет себя по лицу и поднимает руки.
– Прости, прости. Я не подумал.
Мальвина вздыхает.
– Хорошо… просто… просто следи за собой, ладно?
– Конечно. Ты хочешь сказать, что этот мальчишка убил Винью Комайд?
– Да.
– Но как? Она умерла в Сайпуре. И от естественных причин. Я думал, у мальчишки нет власти на чужой земле. Ему понадобилось, чтобы кто-то рассыпал континентскую почву в Галадеше, чтобы проявиться там и атаковать меня.
Она глядит на него с недоумением.
– Постой. Что? Когда это случилось?
– Я потом расскажу. Просто… Винья. Как он это сделал?
– Ну… он ведь ночь, помнишь? Все тени для него едины. С его точки зрения, они все взаимосвязаны. – Она рисует пальцем линию на песке, потом еще три – получается ящик. – А где люди держат свое богатство? Конечно, в шкафах. В чуланах. В комодах. Больших, крепких. Иными словами, во тьме. Там, куда он может пробраться.
– Так он… просто платил людям? Воровал деньги и нанимал прислужников?
– В его распоряжении богатства всего Континента. Все без остатка. Ты был в разведке. Иногда все упирается в деньги, правда?
– Думаю, у каждого есть цена…
