И рука, что накрывала мою, соскользнула на мою талию, с силой обнимая, властно прижимая к не менее сильному телу и словно отрезая нас от всего, от всех, от реальности, в которой не было места ни моей нелепой чувственности, ни его страсти.
– Прекратите, – отвернувшись, потребовала я.
Он вновь склонился ближе, недопустимо близко и прошептал с внезапной яростью:
– Прекратить что, Анабель? Думать о вас двадцать четыре часа в сутки? Сходить с ума, стоя на ледяном уступе горы и до боли сжимать кулаки в попытке сдержаться, чтобы не ворваться в ваш дом и не сжать ваше нежное тело, что давно стало моим наваждением? Я не могу перестать думать о тебе. Я не могу без тебя. Я пытался выбросить тебя из головы. Пытался, клянусь всеми богами, но… я не могу. Это сильнее меня. Это убивает меня. Я не знаю, что ты сделала со мной, но мир без тебя потерял всяческий смысл. Прекратить? – Тихий смех, и почти беззвучное: – Я не хочу прекращать. Не желаю. И не стану.
Он прижал меня к себе настолько сильно, что я ощущала мощное биение сердца дракона, твердые мышцы, жар его тела и абсолютную неприличность того, что сейчас происходило.
– Мне казалось, мы пришли к соглашению, – с трудом сдерживая собственное дыхание и ощущая странное и определенно неуместное томление в теле, произнесла я.
– Мне тоже… казалось, – так же тихо ответил лорд Арнел.
Сдержанный вздох, и требовательное:
– Что мне сделать для тебя? Что мне сделать, чтобы ты стала моей, Анабель?
Порыв, лишь секундный порыв, в который мне захотелось вновь обернуться и взглянуть в глаза мужчины, что желал меня, как никто и никогда, и самым невероятным образом заставил меня в это не просто поверить, он заставил меня это ощутить.
– Молчишь? – Полная ярости усмешка, и выдох, шевельнувший мои волосы. – На твоем пальце, на твоей нежной коже помолвочное кольцо. Каждый раз, прикасаясь к нему, мне хочется убить Гордана.
Судорожный вздох, и ожесточенное:
– Кольцо как вопиющий символ твоей несправедливости.
– И в чем же состоит несправедливость? – спросила я.
И получила ответ:
– В том, что оно не мое.
Мне невольно вспомнилось его кольцо и все, что к нему прилагалось. Прилагалось к кольцу многое, но ни одно из прилагаемых украшений не подразумевало брак. Впрочем, а возжелала бы я подобный брак?
И тут лорд Арнел велел тихим, пробирающим до дрожи голосом:
– Взгляни на меня, Анабель.
Я улыбнулась. Грустно, безрадостно и несколько иронично. Над ситуацией действительно можно было бы поиронизировать вдоволь. Мы в тюремном помещении, одна рука лорда Арнела продолжает удерживать Зверя, не предоставляя чудищу и шанса вырваться, второй он сжал меня, тоже лишив шанса на спасение. И только сейчас я поняла, что меня попросту заманили в ловушку. Арнел знал, что я не стану применять магию вблизи Зверя, и также превосходно знал, что не стану противиться его близости в стремлении получить ответы на не дающие мне покоя вопросы. Меня виртуозно заманили в западню, а теперь не менее виртуозно соблазняют, и, как бы мне ни хотелось, я не могла отрицать – соблазнять лорд Арнел умел.
Примерно так же, как и я противостоять соблазну!
– Взгляни на меня.
– Не хочу, – ответила решительно.
Миг тяжелого, напряженного молчания, и пугающее обещание:
– Захочешь.
И он оказался абсолютно прав – я возжелала воззриться на него в тот же миг. Резкий разворот, и, вздернув подбородок, я вызывающе ответила на его не менее вызывающее поведение.
Вызов брошен – вызов принят.
– Чего вы добиваетесь? – все так же тихо, не желая делать остальных присутствующих свидетелями наших крайне непростых отношений, вопросила я. – Не так давно, в письме, вы заверили, что не воюете с женщинами, но сейчас делаете именно это, загнав меня в западню, где наживкой было мое любопытство, а капканом ваше полнейшее нежелание соблюдать приличия.
Увы, моя попытка призвать дракона к ответу оказалась провальной.
– А это не война, Анабель, – проникновенным, ввергающим в трепет голосом произнес лорд Арнел, – это охота. Охота на тебя.
– Вот как? – Меня передернуло от подобной прямоты. – Что ж, позвольте вам напомнить еще один момент. Не так давно вы произнесли: «Я желаю вам счастья, мисс Ваерти. Вы его достойны». И что же изменилось сейчас, лорд Арнел? Я, по-вашему, более недостойна счастья?!
Он промолчал, вот только взгляд… страшный взгляд драконьих глаз с вертикальными зрачками, казалось, остекленел. Словно озеро затянуло ледяной коркой, а затем лед треснул, безвозвратно уничтожая что-то, от чего остались одни осколки. Боже, я с трудом сдержала порыв остановить это. Собрать все осколки. Прекратить войну. Сдержала порыв схватить этого мужчину за руку в стремлении остановить то падение в пропасть, что отражалось в глазах дракона.
Но я сдержалась. Потому что он – дракон. Он дракон, которого я научила летать, и из любой, даже самой бездонной пропасти он воспарит победителем, а что останется от меня? Ничего. Абсолютно ничего. И свой порыв я подавила, до боли сжав ладони. Мне было что терять даже сейчас, даже в этом пронизанном холодом городе, и я не желала забывать об этом.
