Лорд Арнел молчал. Но мне не требовалось поднимать головы, чтобы ощутить его участие и увидеть понимание в его черных глазах представителя совершенно иной расы.
– Я ударила Барти Уотторна кувшином с пуншем. Сначала пыталась отобрать и вылить, но ему было четырнадцать, я в его понимании еще не являлась той леди, что в силу возраста уже неприкосновенна, а потому все закончилось безобразной дракой. В какой-то момент я оказалась сверху, занеся тяжелый стеклянный кувшин над головой Барти… В следующий – обрушила сосуд со всей имеющейся во мне силой.
Одно из самых тяжелых воспоминаний моего детства. Белое платье – порванное, испачканное кровью и пуншем, растрепавшиеся локоны с лентами, перемазанными кровью, белые перчатки, с которых капала кровь Барти. И сам Барти Уотторн, оравший так, что его крик застыл у меня в ушах, и я весьма часто просыпалась от него в кошмарах.
– Это был последний безоблачный день в моей жизни, – тихо закончила я.
Лорд Арнел выдержал недолгую паузу и спросил:
– Что они сделали с вами?
Как описать все это? Розги, лишение десерта, любого десерта. Я вдруг только сейчас поняла – профессор Стентон водил меня по утрам по кондитерским, потому что каким-то своим драконьим чутьем понял, что я обожаю сладости. Пирожные, конфеты, безе, мятный лукум – все то, что было для меня под запретом долгие годы. И розги – каждый субботний вечер…
– Меня наказали, – просто ответила я.
Первое, что я сделала, начав изучать магию исцеления, – уничтожила шрамы на своих ладонях, все шрамы. Их было множество…
– Вы осуждаете своих родителей? – негромко спросил лорд Арнел.
Что я могла ему ответить на это? После недолгого размышления я ответила правду:
– Нет.
– Нет? – переспросил лорд Арнел. – Они избили вас, несмотря на то что вы, проявив честь и отвагу, спасли ребенка, не способного защититься самостоятельно. Но вместо похвалы и поддержки вас наказали?
Впереди засияли огни поместья Арнелов.
Поместье теперь изменилось.
Три степени защиты. Первая – барьер внутри самого дома, и сейчас каждая представительница рода Арнел пребывала под тотальным контролем, за ними следили, за всеми, кому исполнилось больше пяти лет. Вторая – барьер над самим замком, и это было посильнее того, что Арнел установил над городом. Третий – погодный, почти как прежний, только усиленный во много раз.
– Знаете, меня искренне удивляет, откуда у вас столько сил, – не удержалась я. – Вы контролируете город, поместье, выслеживаете шпионов Карио и ко всему прочему умудряетесь заниматься транспортировкой меня, хотя я вполне могла бы перемещаться и в экипаже.
– Могли бы, – согласился дракон, – но, видите ли, в моей беспросветной жизни, которая давно походит на невообразимый кошмар, единственной радостью, единственным, ради чего я заставляю себя держаться, являетесь вы и эта, пусть и недолгая, возможность прикасаться к вам.
И лорд Арнел мягко опустился на территории своего, защищенного от непогоды поместья. Но не отпустил меня.
На несколько мгновений воцарилась крайне неловкая пауза.
Я подозревала, что у меня от мороза покраснел кончик носа, и чувствовала, как медленно отпускает холод, потому как в поместье Арнелов было определенно теплее, чем снаружи погодного барьера. Но вместе с тем я нервно взирала на мужчину, который продолжал держать меня на руках, и это было не только неприлично, но и крайне пугающе.
– Отпустите! – решительно потребовала я.
И ничего не изменилось.
Пытаться вырваться самостоятельно смысла не имело – сила лорда Арнела действительно являлась неоспоримой. Но и я не являлась слабой персоной.
– Отпустите немедленно, иначе, клянусь, вы об этом пожалеете! – пригрозила, судорожно вспоминая все заклинания, которые могла обратить против этого мужчины.
Медленно сузив глаза, лорд Арнел неожиданно усмехнулся и произнес:
– Анабель, я только что рассказал вам о том, что моей единственной радостью является возможность прикасаться к вам. У вас проблемы с памятью или с пониманием моих слов? Я действительно сожалею, мисс Ваерти, поверьте, я крайне сожалею о том, что вынужден отпускать вас каждый проклятый раз, когда мне приходится это делать.
И градоправитель Вестернадана позволил мне встать на ноги. Я отпрянула от него в тот же миг, но высказывать что-либо поостереглась – лорд Арнел всегда страшил меня, но сегодня особенно.
– Поторопимся. – Иногда лучше сделать вид, что ничего не было. – Сегодня важная ночь, и силы мне еще понадобятся.
С этими словами я поспешила вперед, разматывая длинный шарф, и чуть не споткнулась, услышав позади тихое:
– Силу вы всегда можете взять у меня.
Я предпочла сделать вид, что не услышала его слов.
В поместье было умиротворяюще тепло и спокойно, из-за барьера почти не доносилось завываний ледяного ветра, как, впрочем, и самого ветра, и в целом кусты и ели, припорошенные снегом, сверкающим в свете уличных фонарей, создавали удивительное ощущение уюта. Словно вокруг раскинулась настоящая зимняя сказка, и вскоре из-за поворота донесется дивный аромат рождественского пирога, как в детстве.
