Но не проявляя ни малейшего намерения мне отвечать, лорд Арнел легко подхватил меня на руки и понес в дом, напевая нечто весьма любопытное, конечно, но не настолько, чтобы это могло отвлечь меня от главного.- Неужели вы так и будете молчать? - возмущенно спросила я, когда мистер Уоллан открыл для нас дверь.- Да, - и не думая, отпускать меня, весело ответил дракон.И тут мистер Уоллан, как-то давно и незаметно сместив дворецкого Арнелов, тихо произнес:- Мисс Ваерти, на вашем месте я бы поспешила наверх. Лорд Арнел, никто не сомневается в вашей силе и живучести, но… на вашем месте, я бы покинул поместье. Хотя бы временно.На этом, прекратив допытываться ответа у того, кто все равно не ответит, я торопливо поздоровалась с дворецким, и попыталась слезть на пол.Увы, мне не предоставили подобной возможности.- Благодарю за предостережение, - вежливо, но с некоторой снисходительной насмешкой ответил лорд Арнел мистеру Уоллану, и смело направился вперед, все так же крепко удерживая меня на руках.И был встречен сковородой!Чугунной, внушительной и невероятно знакомой.
Но удар не достиг цели, потому как на руках у лорда Арнела находилась я, и миссис Макстон здраво поостереглась причинять мне вред.- Мм, как мило со стороны миссис Эньо было одолжить вам свою сковороду, - насмешливо произнес лорд Арнел. - Что ж, непременно сообщу профессору Наруа, что помимо фарфоровых чайных сервизов вы так же предпочитаете чугунные сковороды.И разъяренная домоправительница отшвырнула посуду, вымещая всю ярость на ней и на полу, коему тоже досталось.Однако это было еще не все.- Лорд Арнел, потрудитесь отпустить мою дочь! - потребовала моя мать, обнаружившаяся на лестнице.- И вам благополучного утра, матушка, - вежливо поздоровался с ней лорд Арнел.О, одна эта фраза, сменила гнев на милость, и маменька молча отдала мистеру Оннеру ружье, определенно заряженное солью. А после приняла столь невинный вид, словно совершенно никогда ничего подобного не затевала, и вполне вежливо произнесла:- Адриан, полагаю, я уже в праве называть вас по имени, полагаю вы не знакомы, с некоторыми традициями человеческих бракосочетаний, и в связи с этим вполне могу простить вам некоторые… неуместные решения. Однако, вы должны знать, что свадебное платье невесты испокон веков готовить мать невесты и никак иначе.- Или та, кто вполне может именовать себя женщиной, на множество лет заменившей мать, - вставила миссис Макстон.
Едва слышно усмехнувшись и ничего не сказав ни моей матери, ни миссис Макстон, Адриан уверенно пронес меня в холл поместья, где оказалось весьма оживленно, а в воздухе витало ничем не прикрытое и стремительно растущее любопытство.При нашем появлении все разошлись, переместившись ближе к стенам, и моему взору предстал манекен определенно в наряде, в данный момент прикрытый плотной белой тканью, не позволяющей разглядеть ни очертания, ни форму наряда, ни что-либо еще. Более того – и подойти близко не представлялось возможным, наряд был прикрыт не только тканью, но и силовым барьером, столь мощным, что в его создании сразу угадывалась рука Адриана.
- Знаешь, - легко опуская меня на ноги, произнес лорд Арнел, - мы многое пережили вместе. Но среди стольких ярких мгновений, оказалось одно, безмерно тронувшее мое сердце. То мгновение, в котором одна отважная девушка, не позволяя себе даже плакать, сожгла в ярком пламени полыхающего камина все свои мечты.Он обнял меня за талию, прижал к своей груди и прошептал:- Надеюсь, ты не сочтешь это чрезмерным с моей стороны.И плотная ткань взметнулась вверх, куда-то за пределы видения, потому что все, что я видела в это мгновение, это платье.
Платье, которому не суждено было появиться в реальности, но вот оно сверкает наяву. Сложный крой, когда-то я думала, что его не сумеет воплотить ни одна модистка. Светло-голубой фатин поверх белоснежного атласа, шелковые цветочные композиции на груди, каймой подчеркивающие корсет, художественно украшавшие пышную юбку.
- Вы восстановили сожженные листы, - вглядываясь в каждую деталь подвенечного наряда, едва слышно прошептала я.
- Ты сделала меня способным восстанавливать разрушенные стены, восстановить сожженное, особого труда не составило.
Резко обернувшись, я посмотрела в темные глаза дракона. Он мог обмануть кого угодно, но не меня – одно дело восстановить разрушенное, и совсем иное пепел обратить в листы, сохранив при этом написанное.
