Комментировать что-либо сейчас у меня не было возможности, а потому, вновь закрыв глаза, я завершила заклинание, и лишь после медленно разорвала соприкосновение пальцев с холодной стеной. И это было странным, но магия словно не желала отпускать меня. Она потянулась за пальцами, будто ее тянуло к моей ладони магнитом, и обессилено опала, вновь впаиваясь в защитную магию замка Арнелов.
— Нннеплохо, — с некоторым заиканием похвалил меня профессор Наруа.
Я постояла, с некоторым напряжением рассматривая свою руку. Странное дело, на какой-то безумный миг, мне показалось, что на безымянном пальце левой руки сверкнуло бриллиантом обручальное кольцо, но, к счастью, это была лишь иллюзия. Или тебе так захотелось увидеть набор из голубых бриллиантов, Анабель?
Впрочем, уже не Анабель.
— Итак, — заправляя за ухо прядь пепельных волос, произнесла я, — официальная версия такова — я исчезла.
— Мисс Ваерти, это бред! — возмутился профессор Наруа.
— Не меньший бред, чем отправлять меня в сокровищницу, — возразила ему.
И тут боевой маг понял, что все остальные в нашей славной компании воспринимают происходящее как само собой разумеющееся. Да, как и говорила миссис Макстон, я проделывала подобное не раз, и даже не два, но, если быть откровенной — настал тот страшный миг, когда профессор Стентон опознал меня в «посыльном из молочной лавки», и негодованию его не было предела. Но до того момента прошло три года. Профессор Стентон обладал двенадцатым уровнем магии, у лорда Арнела — уровень достигает страшной цифры в почти четыреста единиц. И вот тут возникают два момента, которые требовали уточнения.
— Мистер Илнер, ступайте к генералу ОрКоллину и попросите его выделить вам оборотня, из наиболее способных брать след. Мне нужно точное количество убийств, совершенных за эти четыре года. Абсолютно точное.
Наш конюх молча кивнул и покинул не самое уютное помещение.
— Мистер Уоллан, требуется проверять всю корреспонденцию старой леди Арнел, — продолжила я.
— С превеликим удовольствием, — дал исполненный достоинства ответ наш дворецкий.
— Бетси, было бы огромным одолжением с вашей стороны узнать о том, кто спускается в склеп семейства Арнелов, — продолжила я.
Горничная кивнула.
— Миссис Макстон, — я посмотрела на свою домоправительницу, — что мы можем сделать, для скорейшего отъезда всего императорского кортежа?
— Ооо, — миссис Макстон коварно улыбнулась, — мы начнем с чая, мисс Ваерти.
— И продолжим завтраком, — мистер Оннер усмехнулся крайне многозначительно.
И таким образом цели на предстоящий день были поставлены.
— А я? — вдруг возмутился профессор Наруа. — Что на счет меня?
Он был так обескуражен, что мне на какой-то краткий миг стало даже неловко, но боевой маг был явно не из тех, кто соглашался «в ожидании посидеть на берегу».
— Вы у нас теперь мисс Лола? — уточнил он, стремительно прикуривая. — Не хочу огорчать, но вы несколько далеки от… оригинала.
И профессор выпустил дым, в коем отразилась та, кого я практически же успешно копировала.
— Вы полноваты, — как-то даже обвинительно произнес маг.
И дым отразил меня и оригинал. Да, профессор оказался прав — в сравнении с Лолой Дастинс, я была полновата. Молча исправила этот недостаток, но, увы — лишь визуально. А исправив, выразительно посмотрела на боевого мага. Очень выразительно. Крайне выразительно. Более чем красноречиво.
И Наруа все понял совершенно верно.
— О, нет, даже не просите меня! — потребовал он.
— Ментальная магия, — напомнила я, — лорд Давернетти несомненно использует ее. Как и исследование замка, путем просмотра всех его обитателей. Mutatis!
Некоторое время мисс Анабель Ваерти нервно курила трубку, взирая на меня с такой яростью, что казалось еще миг, и боевой маг все же выскажет все, что обо мне думает, но у меня имелся один безусловный козырь — миссис Макстон.
— Ах, дорогая, идемте, — проворковала она, беря мрачно втягивающую табачный дым меня под руку, и от одного ее прикосновения профессор мгновенно смягчился, даже практически растаял, и никаких возражений не последовало.
***
Спустя четверть часа мисс Анабель Ваерти в сопровождении своего конюха, одного оборотня из императорской охраны и верной домоправительницы, покинула поместье Арнелов. Ей вслед нехорошо смотрело сразу несколько персон, как позже мне сообщит генерал ОрКолин, но лично я имела возможность наблюдать только за одной персоной:
— Лола, мне нужны цветы, — произнесла старая леди Арнел, у которой хватило сил встать с постели, и ныне смотреть на «мое печальное отступление».
