Кабинет главаря банды Изгоев не был ни большим, ни маленьким, а как раз оптимального для проведения серьезных деловых встреч среднего размера. С первого же взгляда интерьер кабинета очаровывал своим аристократичным великолепием, резко контрастирующим с экстравагантным внешним обликом заседавших в нем бандитов. Добротная антикварная ореховая мебель, старинные масляные гравюры в раритетных, декоративных рамках, покрытых позолотой, дорогой ковер с ярким, замысловатым орнаментом и пара обнаженных мраморных статуй кремовых оттенков переносили в другое измерение, в незапамятные благополучные времена, когда обеспеченные люди могли позволить себе подобное эстетическое баловство.
В массивном кресле из натуральной кожи, в вызывающей, властной позе, закинув ноги на край покрытого блестящим изумрудным бархатом стола, сидел широколобый, бритоголовый головорез, с лицом скелета из ночного кошмара. Это и был вождь банды Изгоев, знаменитый Чиж.
В желтых, кривых зубах вожака красным пятном танцевал пылающий окурок упитанной сигары. Под громадными выпученными глазами покрытыми трещинами красных капилляр виднелись двойные маскировочные мазки, исполненные гуашью или золой. В своей правой руке, с плеча до запястья украшенной угрожающими цветными татуировками, Чиж держал крупный нож мачете, глянцевое лезвия которого блестело в солнечном свете как зеркало. С виду ему было около тридцати-тридцати пяти лет.
Не замечая гостей, Чиж с задумчивым видом пялился в белоснежный потолок, пуская кольца серого дыма ртом. Другой рукой Чиж резал воздух около себя широким острием ножа.
Рядом с главарем на менее скромных стульях сидело трое вооруженных парней, одетых в эксцентричные, бунтарские по духу наряды, каждый их которых имел причудливую прическу и окаменевший сгусток презрения во взгляде.
Одноглазый Джо медленно подошел к Чижу и что-то шепнул ему на ухо, после чего стальной взгляд вожака проткнул слегка смущенного Снайпера, оставшегося стоять при входе в кабинет.
- Ну... Чего молчишь? Рассказывай с чем пожаловал... - в голосе Чижа ощущалось высокомерность и заносчивость. - Мне нашептали, что у тебя какое-то дело ко мне ... Ну... валяй... я весь во внимании...
- Я организовываю восстание против Системы и хотел бы пригласить тебя и членов твоей банды принять в нем участие... - сказал Снайпер.
На облупленных губах Чижа появилась дерзкая улыбка. Среди окружения главаря прокатился глумливый смешок. Все, кроме Одноглазого Джо, на лице которого по-прежнему висела пунцовая маска равнодушия и отрешенности, смотрели на Снайпера с удивлением и сокрытой брезгливостью.
- Вон оно как... Не слабо, не слабо. Так ты, оказывается, бунтарь. Дай тогда мне секундочку подумать... - Чиж артистично сделал вид, что серьезно обдумывает предложение, чем вызвал кратковременный приступ смеха у своей свиты. - А знаешь, мне нравиться твоя идея! Я не против! Только вот одна проблема... - физиономия Чижа резко стала суровой, - вчера по новостям я слышал про то, что бунтовщика-заговорщика поймали. И более того - его убили! Жестоко убили!
Последние слова Чижа заставили Снайпера содрогнуться, будто от протяжного прикосновения острого лезвия к незатянутой ране на коже. На мгновение его лицо исказил мимолетный сквозной удар боли, но в один миг парень обуздал свои эмоции.
- Я бы не советовал тебе верить всему, о чем говорят в новостях, - холодным тоном ответил он.
- Вон оно как... - в глазах Чижа появился неподдельный интерес. - Может у тебя и доказательства какие-нибудь имеются, которые опровергают последние слухи? А?
Под пристальным надзором собравшихся, Снайпер медлительно приблизился к столу и бросил на зеленый волокнистый газон столешницы пачку распечатанных фотоснимков сделанных во время своей прогулки по Промзоне.
Чиж сбросил ноги со стола, отложив в сторону мачете, и удобнее втиснулся в свое кресло. Он жадно сгреб к себе фотографии и с натуральным любопытством принялся их изучать. Просмотренные снимки главарь выкладывал на столешницу, после чего они попадали на обозрение его свиты.
Отложив последнюю фотокарту, Чиж с искренним удивлением посмотрел на Снайпера. Века его левого глаза нервно задергалось.
- Неожиданно! И где же ты взял эти снимки?
- Сделал... когда проник на территорию Промзоны.
- А что ты там делал?
- Изучал нашего врага изнутри.
- Ладно, - Чиж снова взгромоздил свои пошарпанные солдатские ботинки на край стола, а сам распластался в комфортабельном кресле. - Допустим, я тебе поверил: ты и вправду тот самый бунтовщик, который проник недавно в Промзону. А бедолага, который вчера стал главным героем вечернего включения - всего лишь какой-то попавшийся неудачник или твоя пешка.
Лицо Снайпера снова подверглось нападению болевого спазма.
