Быстро достав штопор из ящика для столовых приборов — там все лежало точно так же, как и в первый день их знакомства с Артемом, — она уже хотела было вернуться в комнату, как заметила в дверном проеме его маму. Та, сложив руки на груди, настороженно смотрела на неё.
— Откуда ты знаешь? — спросила она таким тоном, что Даша почувствовала, будто бы сейчас находится на допросе. — Ты ведь… второй раз здесь находишься.
Даша, закрыв глаза, выдохнула. Конечно же, Артём наверняка ничего не говорил маме о том, как одним майским вечером привёз к себе домой взбалмошную девчонку с порезанной рукой, которая умудрилась найти проблемы и на свою, и на его головушку. И как эта девчонка рылась по кухонным ящикам, чтобы найти себе хоть что-нибудь для самообороны от двух незнакомых ей парней, у одного из которых была ОМОНовская куртка.
— Я… — Даша не знала, с чего начать. Она понимала, что выглядит сейчас очень подозрительно, но боялась своим рассказом лишь ухудшить положение. — Я не…
— Все в порядке, — она качнула головой. — Бери штопор и пойдём обратно.
Уже на выходе из кухни, женщина добавила:
— Артём никогда не водил девушек домой.
Даша, смутившись, пошла за ней. Она не понимала, должна ли она обрадоваться этому заявлению или нет. Ведь ее-то он привёл домой впервые не за тем, зачем обычно водят, а чтобы её не нашёл Заречный. Но ей ещё и польстило то, что никто из его бывших пассий не был удостоен чести побывать у него дома — а это значило много.
— Принёс! — прогрохотал голос Артема в прихожей, а затем хлопнула дверь. Он быстро разулся и заглянул в гостиную. — Вы тут уже все приготовили?
— Приготовили, — подтвердила теть Оля. — Пойдём уже, именинник.
Даша совсем не заметила, как прошло несколько часов за разговорами за столом. Тетя Оля вспоминала детство и юношеские годы Артема, как он трепал ей нервы своими выходками, Артем отшучивался, а наблюдающая и по большей части молчавшая Даша лишь поражалась тому, как эта женщина смогла поставить в одиночку на ноги такого сына.
Невольно Юдина восхищалась тетей Олей. Как она поняла из сегодняшних воспоминаний и из предыдущих рассказов самого Артема, Ольга Николаевна всю жизнь работает на скорой — или, как сказать точнее, она живет на своей работе и изредка появляется дома между сменами. Она умудряется не только спасать жизни, но ещё и управляться с домом и сыном, от которого целая куча проблем. Конечно, когда был жив отец Артема, было немного проще, но с тех пор как они остались вдвоём, тетя Оля научилась справляться со всем сама. И с буйными пациентами на работе, и с не менее буйным сыном, который трижды за свою жизнь приходил домой с ножевыми ранениями, и с домашним хозяйством.
И хоть Артем доставлял ей целую кучу хлопот как в подростковом, так и в более взрослом возрасте, в ее словах Даша ясно слышала безграничную любовь к нему.
Но и в этих разговорах что-то казалось ей неправильным, в воздухе будто висела недосказанность, а Артем с мамой как будто старательно избегали какой-то определенной темы. Это было почти незаметно, но все равно какое-то чувство подсказывало Юдиной, что что-то не так. Но эти раздумья над тем, что же они могут скрывать, быстро забылись из-за очередной истории Артема о том, как он однажды пришел домой, а точнее, его притащили его друзья с раненой ножом ногой.
— Видишь, он уже не раз в таком состоянии домой являлся, — женщина посмотрела на Дашу. — Пользовался тем, что мать врач, и лез куда не надо.
— Вообще-то, куда надо, — пробурчал Князев и тут же смолк под строгим взглядом мамы. Но потом всё-таки не удержался, хитро взглянул на девушку, подмигнул ей и добавил: — Последний раз уж точно.
— И я надеюсь, что последний, — улыбнулась Даша и непроизвольно вздрогнула. Ее каждый раз бросало в дрожь при упоминании о том происшествии у ее подъезда или всякий раз, когда она видела шрам у Артема на торсе.
— Вот именно, — кивнула женщина. — Ты нам ещё живой нужен. Всем.
— Не волнуйтесь, я вас не брошу, — улыбнулся Артем и, заметив лёгкое замешательство на лицах женщин, несколько смутился и постарался поскорее сменить тему, объявив очередной тост.
Следующие два часа прошли спокойно, никто не касался случайно в разговорах каких-то неудобных тем, и все трое старались сохранить то торжественно-веселое настроение, какое и было в самом начале. И как бы ни было хорошо Артёму дома, он все же засобирался, как начало темнеть.
— Ма, мы пойдём, — сказал Артем нехотя.
Ему и вправду не хотелось уходить. Он любил быть дома, рядом с мамой, когда она наконец-то не на дежурстве. Но их с Дашей ждали его друзья, которые надеялись тоже отметить его день рождения, и оставлять их без праздника не хотелось. Да и к тому же он видел, что Даше здесь все ещё немного неуютно, а потому хотел, чтобы она поскорее расслабилась в более знакомой ей обстановке.
— Куда? — смутилась его мама. — Я думала, вы останетесь.
— Тебя стеснять не хочется, — он неловко потёр ладонью шею. — Да и нас парни ждут, я с ними ещё отметить собирался.
