Из-за двери дома показалась крупная фигура человека, одетого в потертые джинсы и белую майку-алкоголичку, и в три широких шага преодолела расстояние между ними. Князев легко оттащил собаку в сторону, загородив девушку собой. Но ротвейлер и не думал уходить, а стал крутиться под ногами, заглядывая в лица хозяев и дружелюбно виляя купированным хвостом.
— Привет. Прости, — улыбнулся Артём, ладонями вытерев лицо Даши, — я с ним занимаюсь, а он все никак не научится себя прилично вести.
— Весь в своего хозяина.
— Ах вот как! — рассмеялся Князев и затянул Дашу в какой-то жутко неприличный, почти животный поцелуй. Обхватив ее лицо руками, он и сам попытался лизнуть девушку по щеке, на что она негромко взвизгнула от неожиданности.
— Ты уже совсем тут одичал, — Юдина пыталась выбраться из его медвежьих объятий или хотя бы укрыть лицо от его поцелуев, забавно морщась при этом. — На людей бросаешься. Как пещерный человек какой-то.
— Ах та-а-ак!..
После этого Артем легко подхватил ее под зад и, взвалив себе на плечо, потащил в сторону дома.
— Пойдём, жена пещерного человека, будешь супружеский долг исполнять!
Даша, смеясь, даже не предприняла попыток спастись, только лишь пыталась удержаться на месте и не соскользнуть вниз. Цезарь бросился было за ними, но Артем просто закрыл входную дверь прямо перед его носом.
— Прости, дружище! — крикнул Артём ему вслед, одной рукой заперев дверь на шпингалет, чтобы их не потревожили.
Пёс в ответ на это снаружи поскрёб лапой дверь, обиженно тявкнул, когда у него так и не вышло попасть в дом следом за хозяином, и пошёл дальше бродить по двору, занимаясь своими собачьими делами.
— Надеюсь, он не сильно обидится, — вздохнул Князев, укладывая девушку на тахту. — Но я и так с ним все время провожу, могу же я хоть немного побыть один. Да и вообще…
— Тём, тебе поболтать приспичило? — хохотнула Даша, обхватывая его руками за шею и целуя куда-то в уголок губ. Сейчас ей было совершенно не до собаки…
Девушка тут же принялась раздевать Артема, попутно снимая одежду и с самой себя. Каждый раз происходило одно и то же — истосковавшись по нему за неделю или две, по его прикосновениям, по его ласкам, поцелуям и объятиям, Юдина не могла удержать себя в руках. И раз уж так сложились обстоятельства, что она видела собственного мужа не чаще раза в неделю, то она старалась по максимуму потратить это время с пользой, восполняя все свои лишения. И ничто — ни невоспитанная собака, ни назойливые соседи, ни войны с цыганами или с кем бы то ни было еще, ни что-либо еще — не могло отвлечь ее от Артема.
За окном уже спустились первые сумерки, когда Даша лежала на боку и, глядя на Князева, поглаживала его по волосам, которые он зачем-то коротко обстриг машинкой и стал совсем похож на бандита, по лицу и шее. Любовалась его профилем, его мощной шеей и широкой грудью, на которой блестел прилипший крестик на тонкой золотой цепочке. Целовала его то в предплечье, то в ключицу или колючий от щетины подбородок, утыкалась носом в руку или рёбра, обхватывала руками и обнимала, прижимаясь к крупному телу. Ей до сих пор порой не верилось, что это все реальность, а не какой-то полукоматозный сон на вписке у Мельника — когда бы она в здравом уме могла подумать, что когда-нибудь будет прятать якобы умершего мужа-бандита от других бандитов на даче тети Оли, изредка навещая его, — поэтому через прикосновения она заставляла себя поверить в то, что это все это более чем реально.
Вот уже почти семь месяцев, как Артём жил за городом на даче собственной матери. По его первоначальному плану Князев собирался отсидеться дома, но никто не поддержал эту идею. Даша, да и все остальные понимали, что его небезопасно оставлять в городском доме по многим причинам. Отсылать же его куда подальше, чтоб пересидел там, она тоже не могла — боялась и за него, и за себя, что просто не справится тут со всем одна. Поэтому совместно с Серегой, Ильей и Юркой ею было принято решение о временном переселении Артема на дачу. Иногда ему позволялась приехать в дом на выходные — Темненко самостоятельно отвозил его, — но чаще Юдина сама приезжала на дачу, чтобы повидаться с ним.
Здесь Даша не беспокоилась за Артема. Хоть и поселок полузабытый, где живут всего пару семей, и то пенсионеров, хоть дача и представляла из себя небольшой деревянный однокомнатный домик с верандой и летним душем во дворе и была огорожена обычным забором-рабицей, а до ближайшего более-менее цивилизованного населенного пункта было километров двадцать, но именно здесь Артем был в безопасности, нежели в городе. Никто не стал бы искать его в поселке, где на кладбище в разы больше могил, чем до сих пор живущих людей.
Тем не менее, поводы для беспокойства у Даши были — она прекрасно знала о том, что Артём тут совершенно не скрывается. Знала о том, что он шляется по соседям: то одному деду по соседству поможет починить его древний мотоцикл, то с другим дедом пойдет на рыбалку, то какой-то бабке поможет дрова наколоть, то ещё что-то. Поэтому Даше оставалось лишь удивляться тому, как его ещё тут никто не нашёл.
