— Разобраться с этим — моя первоочередная задача, сэр, — говорит Надар.
Лицо у нее бледное. И понятно почему: возможна утечка, причем у нее из-под носа. Начальство такие вещи не забывает.
— Я рад это слышать. Пусть самые надежные ваши люди протестируют то, что привезла генерал Мулагеш, — приказывает Бисвал. — А затем разберитесь со всей цепочкой, по которой тинадескит попадает к нам: кто занимается добычей, кто исследованиями — я хочу знать о каждом нашем шаге и обо всех, кто имеет к тинадескиту отношение. Посмотрите, может, вы надавите, и кто-то сознается. И пусть генерал Мулагеш осмотрит шахты.
Ура! Надежды оправдались! Если бы Бисвал не отдал такой приказ, ей пришлось бы самой просить о допуске — а получить допуск на секретный объект даже генералу трудно.
— Да, сэр, — говорит Надар. — Вот только… я бы хотела, чтобы мои люди осмотрели место первыми. Если это, конечно, возможно.
Бисвал переводит взгляд на Мулагеш.
— Без проблем, — говорит она. — Я готова оказать любую помощь. Отдыхать у меня не очень-то получается. Так что я в полном вашем распоряжении.
— Мы весьма признательны за вашу помощь, — кивает Бисвал. — Если бы не вы, мы и вовсе не узнали бы об этой проблеме.
Мулагеш кивает с делано бесстрастным лицом: мол, можно было бы без комплиментов обойтись. Потому что Надар и так обижена и рассержена, а зачем ей с Надар ссориться? Понятно ведь, что для капитана нет никакого «мы»: это Мулагеш поехала в деревню и вернулась с такими плохими новостями, и теперь у всех проблемы. А у Надар — в особенности.
— Дознание займет около четырех дней, сэр, — говорит Надар. — И это самый оптимистичный срок.
— Четыре дня… а на пятый мы встречаемся с вождями племен. — Бисвал трет лоб, слегка постанывая. — Генерал Мулагеш может приступить к расследованию. Не сомневаюсь, что у нас с вами, Надар, в это время будет чем заняться.
— Мы сделаем все, что нужно, сэр.
Бисвал кивает Надар.
— Отлично. Можете идти, капитан. Благодарю.
Надар кивает в ответ, затем поворачивается и быстро шагает к лестнице.
— Присядь, Турин, — говорит Бисвал. Он запускает руку под стол, вытаскивает два маленьких бокала и наливает немного сливового вина. — Ты знаешь, когда я сказал, что могу делегировать тебе часть наших проблем, я не имел в виду, что ты куда-то поедешь и привезешь нам новые.
— Ты бы предпочел, чтобы в следующий раз я держала рот на замке?
— Проклятье, нет, конечно. Просто я и знать не знал, что ты будешь одной из тех, кто свои лучшие годы проводит, слоняясь вокруг и пытаясь найти на свою голову проблемы, лишь бы чем-то занять себя.
— «Лучшие годы»? Да ты смеешься надо мной. И странно такое слышать от человека, который сражался за эту должность.
— Точно. — Он пододвигает ей бокал, берет свой и прижимает к виску. И вздыхает. — Зато ты теперь понимаешь, какие проблемы у нас тут то и дело возникают. Точнее, проблемы, которые я унаследовал от предшественника. И, поверь, это дело — еще не самое неприятное.
— Я так поняла, что ты хочешь мне кое-что поручить, Лалит.
— Не забывай — я старше по званию. — Он иронично улыбается и постукивает по полоскам на вороте мундира.
Бисвал — генерал третьего ранга Сайпурской армии, а Мулагеш — четвертого, самого низкого. И Мулагеш прекрасно понимает, что ей присвоили это звание только потому, что Шара хотела видеть ее в военном совете. Туда не допускают офицеров ниже по званию. Впрочем, в Галадеше цветет и пахнет кумовство, так что сейчас в армии генералов и полковников больше, чем капитанов и лейтенантов.
— Правду говоришь. — Она отпивает из своего бокала. Вино кажется ей уксусом. — Я также знаю, что не хочу на твою должность, поэтому сделай милость — будь старше меня по званию и дальше.
Он вздыхает:
— Хорошо. Но я имел в виду другое. Когда я упомянул об утечке и о том, что из крепости таинственным образом исчезают материалы и оружие… одним словом, мы уже с таким сталкивались.
— Я так и поняла.
— Полтора года назад на поезд, следовавший из форта Хаджи в форт Лок, напали горцы. Они завалили бревнами рельсы, и поезду пришлось остановиться. А вез он, этот поезд, здорово много оружия, амуницию — и взрывчатку.
— Проклятье.
— Да. Мой предшественник предпринял решительные действия и сумел отбить бо́льшую часть вооружения и амуниции, а также всю взрывчатку. Ну или он так думал. А погиб он, кстати, как раз в ходе этой операции. Но в прошлом месяце мы провели инвентаризацию и обнаружили, что пятнадцать фунтов взрывчатки, которые мы отбили, — вовсе не взрывчатка. Это «куклы» из песка и глины.
— Проклятье.
— Да. И мы не знаем, когда их подменили. Возможно, это сделали мятежники. Но вот теперь ты нашла то, что нашла, и я думаю, что кто-то мог подменить их здесь, в крепости.
— Ты полагаешь, что если кто-то мог вынести из крепости секретный тинадескит, — говорит Мулагеш, — то он мог бы сделать то же самое со взрывчаткой.
Он кивает, стальные серые глаза ярко вспыхивают.
— Именно. А мне довольно проблем и вне крепости. Если у нас завелась здесь крыса…
— А мне что нужно делать? Я не хочу перебегать дорожку Надар — я и так уже ее достаточно расстроила.
