— А тебя вообще никто не спрашивает! — Декаденция даже не пыталась скрыть раздражение.
— Не орите на ребенка! — басила Амалия.
Клара молча ждала, пока стихнет шум. Когда драгоценные наорались и умолкли, она заговорила снова.
— Она имеет право знать! — твердо сказала Клара. — Я еще вчера хотела ей все рассказать, но бедняжка умирала от усталости.
И снова возмущение.
— Какое у нее такое право? Мы даже не знаем, кто она такая!
Клара снова дождалась тишины и продолжала.
— Почему никто из вас, мои драгоценные, не задался вопросом — кто ее мать? А ведь это важно. Из-за нее она здесь. Сашенька, напомни, как зовут твою маму?
— Арина. — тихо сказала Саша. — Ариадна, вообще-то. Но она предпочитала называться Ариной.
Клара выдержала паузу, обвела торжествующим взглядом хранителей.
Саше показалось, что только Бэлла, Карл Иваныч, Декаденция и Филибрум понимали о чем идет речь. Причем Декаденцию эта новость явно не обрадовала. Она нахмурилась.
— Ты не заметила ничего необычного перед маминым уходом? — продолжала Клара.
— Заметила. — кивнула Саша, — Мама всегда говорила мне, чтобы я не принимала близко к сердцу тупость и хамство. А в тот день… Учительница назвала меня бездарностью. Обидно! Но не конец же света! А мама… Когда я все ей рассказала, у нее стало такое лицо… будто она привидение увидела. Она очень, очень испугалась.
— Испугаешься, если на ребенка нападет азума! — сочувственно отозвалась Амалия. — твоя мама, видно, догадалась, что это не простая учительница.
— Азума? Кто это? — слово показалось Саше знакомым.
— Убийца талантов. Муза-перевертыш. — ответила Клара.
— Зоя Всеволодовна твоя. — пояснила из-под стола Молчун. — Типичная азума.
Саша вздрогнула. Она вспомнила — Эола говорила что-то, и Бэлла недавно.
— Чтобы распознать азуму надо знать об их существовании. — робко заметил Карл Иваныч.
— Именно, мой дорогой! — переменчивые Кларины глаза полыхнули синим. — Друзья! Я обращаюсь к тем, кто может это помнить. Примерно двадцать лет назад юная девушка по имени Ариадна, отпрыск рода Агафьи, пронеслась над Музеоном на Пегасе и отдала Магнусу свою законную чашу инспирии. Я имею все основания полагать, что перед нами…
— Ее дочь! — радостно перебил ее Филибрум, — Я так и знал! Я догадался сразу, как увидел эту девочку! Это же вылитая Ариадна!
— Ее копия! — просияла Клара, — Это лицо не меняется и через поколения.
Драгоценные все как один смотрели на Сашу — кто-то удивленно, кто-то недоверчиво, а кое-кто с неприязнью. Ей было не по себе от такого внимания, и нервный смех почему-то разбирал.
— Мама? На Пегасе? Вы серьезно? Я дурочка по-вашему?
— Сашенька! Во все времена существовали люди, которые видят немножко больше других. Мы называем их посредники. Ты и твоя мама принадлежите к роду посредников. Вы можете видеть муз. И животных, которых в вашем мире считают волшебными. Люди не должны встречать муз в их истинном обличьи, это опасно для человеческого рассудка. Только благодаря посредникам люди догадываются о существовании муз. И только посредников подпускает к себе Пегас. И ты, так же как и твоя мама…
— Самозванка! — объявила Декаденция.
— Позвольте мне закончить! — повысила голос Клара, — Друзья мои, я уверена — перед вами отпрыск рода Агафьи! Мы искали мать, а нашли дочь.
— А зачем вы искали маму? — осторожно поинтересовалась Саша, воспользовавшись наступившей паузой.
— Год назад в Музеоне случилась беда. — ответил Филибрум. — Ты ведь уже слышала об Источнике?
— Да. Бэлла рассказала.
— Пару слов всего сказала. — смутилась Бэлла.
— Мне очень жаль, что он погиб. Правда. Очень жаль, что все кончено.
— Ничего не кончено! — воскликнул Филибрум. — С нами случилась беда. Но есть еще источники! Ничего еще не кончено!
— Очень надеюсь, что это все еще так. — тихо сказала Клара, — Что погиб только наш Источник. Да простят меня Великие Хранители за эти слова. Я думаю, ты понимаешь, как все это плохо для людей. Их души заснут мертвым сном.
— И что теперь делать? — Саша не могла понять, к чему он клонит.
— Искать Пегаса — больше ничего. Там, где он ударит копытом, родится источник. Но Пегас — существо хитрое, капризное и очень осторожное. С некоторых пор он не покидает Лунной горы. Нужно подняться на нее, отыскать Пегаса, приманить, очаровать и оседлать. И сделать это может только посредник.
— Неправда! — выкрикнула Декаденция. — Только поэт может оседлать Пегаса, это всем известно! И этот поэт — я!
— Пегас не подпустит тебя! — осадила ее Клара, — Спугнем его — и не будет Источника. И Музеона не будет.
— Но и ее подпускать нельзя. — Лев ткнул пальцем в сторону оторопевшей Саши — Я ей не верю. Я против.
— Подождем Кассандру. — спокойно предложила Клара. — Я уверена, она подтвердит мою догадку. Саша унаследовала все способности, которые передаются по женской линии этого рода. Она увидела калитку, которую человек не может увидеть. Она прошла сквозь нее, и, как видите, жива, здорова и в своем уме. И она слышит Молчун! Они мило болтали вчера.
— Видит незримое, слышит беззвучное, понимает речи анимуз… — медленно, будто припоминая, произнесла Амалия.
