— Я хорошо. — радостно шепчет он, не чувствуя, что слезы катятся по щекам. — Только скучаю по тебе. И голова болит. И муха жужжит.
— Знаю.
— Прогони ее. — жалобно попросил он.
— Сейчас она улетит. А ты спи. Ты давно не спал.
Она всегда его понимала. Только она. Вот и сейчас — она одна знает, как давно он не спал. Марк радостно вздохнул, опустился в мох. Ариадна села рядом, протянула руку, погладила его по голове. От ее прохладного касания становится легче. Голова перестает болеть и жужжание, что мучает его уже много лет, становится тише. Только очень холодная у нее ладонь. Его пробирает дрожь. Где же он потерял одеяло? Сейчас бы оно пригодилось. Его руки, привыкшие собирать что-то вокруг себя, цепляются за мох. Он мягкий, теплый. Как Бэллино одеяло. Такой большой кусок, что в него можно завернуться. Если натянуть его на голову, будет не так холодно. И жужжания почти не слышно. Как же он раньше не догадался? Всего-то и надо было… Мучился столько лет, а лекарство было у него под рукой. Муха еще жужжит, но лениво, устало. Наверное, ей тоже хочется спать. Еще бы — столько лет без отдыха! Бедная муха. Все, заснула. Тишина. Так хорошо. Так спокойно…
— Спи…спи… — шепчет светловолосая женщина. Глаза ее вспыхивают холодным голубым светом. — Не вертись под ногами.
***
Тихо-тихо, без единого шороха Саша вошла в дом. Никого не хотелось видеть, ни с кем разговаривать. Ей казалось, она наговорилась сегодня на полжизни вперед. А завтра у нее трудный день, надо хорошенько выспаться.
Впрочем, есть еще одно дело. Она не сможет заснуть, пока не поговорит еще с одним человеком.
Дом Клары был погружен в темноту и тишину. Все обитатели спали. Саша на цыпочках прокралась по коридору и остановилась на полпути к лестнице. Прислушалась — тишина. Беззвучно позвала:
— Молчун…
— Чего тебе? — послышалось совсем рядом. Из-под лестницы будто по воздуху выплыли два зеленоватых огонька.
— Не знаешь, где Кассандра?
— Зачем она тебе?
— Поговорить. Долго объяснять. Пожалуйста.
— Выйдешь из дома, поверни налево. Маленькая дверь в стене — Бэллина тайная комната. Там Кассандра. Спит.
— А Бэлла?
— У Клары.
Отлично! Другого случая не будет. Пока Бэлла сидит с Кларой, надо успеть поговорить с Кассандрой. Даже если она спит!
Саша вошла в маленькую темную комнату. Было душно, пахло нагретым сеном и чуть-чуть жасмином.
— Я ждала тебя. Специально услала Бэллу. — раздался негромкий, совершенно не заспанный голос Кассандры. Чиркнула спичка, в нос ударил запах серы и чьи-то руки зажгли маленькую свечку. В дрожащем желтом круге тусклого света Саша различила узкую кровать возле стены. Кассандра сидела на ней, поджав под себя ноги. Саша села на пол возле двери, привалившись спиной к стене. Некоторое время они смотрели друг на друга. Саша — хмуро, исподлобья, Кассандра — выжидательно.
— Зачем вы это сделали? Зачем сказали неправду? — прямо спросила Саша. С Кассандрой нет смысла хитрить и притворяться.
Та пожала плечом, чуть приподняв бровь.
— Люди врут от страха, или ради выгоды. — спокойно ответила она. — Я бескорыстна. И ничего не боюсь. Я всегда говорю правду.
— Зачем тогда вы наговорили на Льва? Он, конечно, полный идиот, но он не виноват. Он совсем не умеет притворяться, он не смог бы! Или все-таки… — Саша похолодела от ужасной догадки, — Вы его тогда видели?
Кассандра молча смотрела на нее, чуть улыбаясь.
— Нет. — ответила она наконец. — Не думай о нем плохо. Он безгрешен, как новорожденный ягненок. Хоть и строит из себя льва. — усмехнулась она.
— Но зачем же тогда вы с ним так поступили?
— Чтобы защитить его. — улыбка исчезла с лица Кассандры. — Зло витает в воздухе. Оно повсюду. Но никто, кроме меня не видит, не чувствует. И Лев не понимает, что ходит по краю обрыва. А в башне с ним ничего не случится.
Саше стало стыдно.
— Простите. — пробормотала она смущенно. — Я подумала, что вы…
— что я из ума выжила, или еще того хуже — шарлатанка? — тихо рассмеялась Кассандра.
Саша кивнула, краснея до слез и радуясь, что в комнате темно.
— Простите. — повторила она.
— Румянец тебе идет. — ласково ответила Кассандра. — Не смущайся, любой подумал бы так на твоем месте. И промолчал бы. А ты молодец. Твоя прямота достойна уважения. Только сильный не боится говорить правду. А я люблю сильных.
Саше польстили ее слова, но виду она не показала. Тем более, что куча вопросов вертелась на языке.
— Но тогда получается… тот, кто это сделал… похитил вас и чуть не убил меня — до сих пор на свободе! И зачем он это сделал? Вы знаете, кто это был? Вы видели его?
Лицо Кассандры страдальчески сморщилось.
— Тш-ш-ш! Не так быстро. — она приложила ладонь ко лбу. — Я не помню. Открыла дверь, а дальше — провал. Очнулась в каком-то подземелье… холодно, темно, выбралась наощупь, оказалась в лесу. И почувствовала — повсюду зло. За каждым деревом… Я увидела, что Лев в большой опасности. Кто-то хочет его погубить. И вместе с ним — Музеон. Хвала всесильным творцам, я сумела добраться до площади. И сделать так, чтобы Лев оказался в безопасности. — она устало привалилась к стене, закрыла глаза.
