Как-то раз нас у нас случилась «ложная тревога». В тот зимний день новогодних каникул экскурсанты и паломники «наступали друг другу на пятки». Я завела свою большую группу под колокольню, чтобы показать гостям рождественский вертеп. И вдруг слышу похоронный звон. Рассказываю людям о новорожденном Спасителе, а сама думаю о том, кого же сейчас забрал Господь. Выхожу и вижу: стоит около верёвок экскурсант, самый странный из моей группы, то-то я его не видела в вертепе, и что есть мочи дергает верёвку. Радость до ушей! «Спасибо Вам, уважаемая, за аттракцион! Эти верёвки здесь специально для нас ведь повесили?!»
***
Пасхальная неделя: берегите уши, местные жители! Сейчас Вы услышите, как кому-то медведь на ухо насту- пил. Мы, опытные звонарки, начинаем обучать новеньких сестер. Жаль, защитные наушники у меня от мороза зимой лопнули. Самый большой колокол весит пять тонн, колокол поменьше — три. Чтобы стать хорошим или хотя бы приличным звонарем, что надо делать? Правильно. Звонить как можно больше и дольше. Кто не спрятался, я не виновата, благословение такое. И вот, впереди «увлекательная» неделя обучения.
К четырем звонаркам прикреплены ученицы, которых мы «тренируем» и индивидуально, и по группам. Время четко расписано. За неделю, конечно, толком ничему не научить, но больше терзать нервы себе и окружающим дачникам совесть не позволяет. Вон и так я сверху вижу, как на соседей из ближайшей деревни спускаются в неба венцы за терпение.
Матушка Игуменья учиняет первоначальный экзамен. Сестры поднимаются по заранее утвержденному списку и по одному человеку звонят в течение десяти минут. Я как старший звонарь стою на площадке под звонницей и записываю звоны на видео. Что уж получилось, и на том спасибо. После первых трех звонов на экране мобильника высвечивается звонок. Из-за грохота говорить невозможно. Приходит смс-сообщение от нашей прихожанки, живущей в
200 метрах от монастыря:
— Мать Валерия! У первой сестры получается, но вот вторая, прости, ей не дано. Её звон я по утрам слушать не хочу. А третья — пока непонятно.
Вот кто на самом деле принимает экзамены по звону.
***
Летом 2013 года монастырь покупает систему «электронный звонарь», как в Европе. Очень удобно. Хоть зимой, хоть летом стой себе в храме и молись, нажмёшь кнопочку, и колокольня зазвонит сама по себе. Однажды мне даже пришлось «включить» колокольный звон, когда я сама физически находилась в другом городе. Не смотря на мои протесты, я люблю всё «живое и настоящее»: звон так от души, писанные иконы, слепленные вручную чебуреки,
— но именно мне Матушка поручила злосчастный пульт от колоколов. Сестры-звонари приуныли. Если долго не звонить, теряется навык, как в любом искусстве. Да ведь это ещё и радость какая: стоишь под облаками ближе к небу и трезвонишь во вся!
Кстати, существует специальная молитва перед началом звона, в которой есть такие чудесные строки: «Благовествуй земле радость великую, Хвалите Небеса Славу Божию». И вот нас лишили из добрых побуждений этой радости. Матушка-то думала облегчить всем нам жизнь, но вы- шло так, что мы расстроились.
Состоялось негласное совещание сестёр-звонарей, которое постановило молиться о том, чтобы что-то с этой электронной системой произошло, лишь бы нам вернули возможность звонить самостоятельно. А к колоколам реально было не подойти: к каждому из них был привязан свой моторчик и верёвочка. Система соединялась в специальном нашпигованном электроникой ящике, закрытом щитком.
И стали мы молиться. Через год в день памяти игумена Земли Русской, преподобного Сергия Радонежского, над нашей обителью разразились громы и молнии. Прямо во время вечернего богослужения одна из молний со страшной силой ударила в тот злополучный «электронный ящик» и система «электронный звонарь» сгорела. Сколько мастера не бились, всё безрезультатно: или новый ящик с комплектующими покупать надобно, или убирать всё. Убрали.
Уже через день монахини звонари взяли матушкино благословение и направились на колокольню будить окрестности малиновым звоном. Как говорят: «искусство рук и никакого мошенничества».
Однажды мне пришлось обратиться к кардиологу — около полугода покалывало сердце. На приеме сидел молодой врач восточной внешности, мусульманин. Проверяя мои кардиограммы, он спросил о роде деятельности, скептически ухмыльнулся и перешёл на «ты»:
— Девушка, профессию меняй! Какой тебе монастырь! Тебе замуж и рожать! Аллах нас любит, а сердце так и будет болеть, пока ты не образумишься!
«Сердце, тебе не хочется покоя!» … Лучше пусть аритмия, но на этот раз совету доброго доктора я не последую.
***
Приехала подруга со знакомыми на ночь. Знакомых вижу впервые и ничего о них не знаю. Молодая пара. Не церковные, задумчивые. Попросили меня с ними поговорить после трапезы минут хотя бы пять.
