Сашке отдали Ксюшины вещи, практически не ношенные, качественные. Александра единственная из класса ездила на отпевание и похороны. Она и семья. Отец рыдал у гроба, бился в историке. Ксюша лежала в белом платье, гроб был осыпан вянущими на морозе цветами. Было тяжело.
Вернувшись домой, она услышала от мамы: «Саша, сейчас ты единственный человек из Ксюшиного ближайшего окружения, кто знает Бога. И ты молись, потому что никто из близких молиться не будет».
В школу приходил следователь. Похоронили тоже не сразу. Оказывается, у девочки был приступ почечной недостаточности, и она напилась обезболивающих, больше нормы. Впала в кому, несколько дней пребывала в пограничном состоянии. Количество принятых таблеток вызвало подозрение на самоубийство. До сих пор никто не знает правду. Следователь расспрашивал одноклассников, учителей, друзей, бывшего парня. Проверяли переписку.
Когда маму и Сашу вызвали на допрос, следователь попросил маму выйти, но она не согласилась. И тогда Сашенька попросила: «Мама, многого я тебе не говорила, чтобы не расстраивать. А сейчас ты молчи, пока я буду говорить. Слушай». Саша во время этого разговора выросла в глазах мамы, оказавшись не маленькой милой дочкой, а мудрым взрослым человеком. Она не просто излагала факты, но и высказывала свои размышления, глубокие выстраданные мысли относительно подруги и своего поколения. Мама как будто бы вновь познакомилась со своим ребёнком.
— Мать Валерия, — задумчиво произносит Александра, — как бы мне хотелось, чтобы сейчас Ксюше было хорошо. Сама же себе смерть призывала. Тяжело мне про неё думать. Как успокоиться?
— Знаешь, ангел мой, душа моя, я не умею утешать. Да и вряд ли кто может утешить. Одно знаю точно: мы не можем решать за Бога. В Апокалипсисе, Солнышко, есть удивительные слова, написанные как раз про таких людей, как твоя несчастная Ксюша: «И отрет Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее прошло (Апок.21:4)
***
Когда Александра рассказывала мне о Ксюше, я поняла, что эта история долго не отпустит мою повзрослевшую сестричку. Ей многое пришлось уже повидать и испытать. Мы говорили часами про природу человека, рассказывали друг другу такие истории, которые можно поведать только близким людям. Мы вновь познакомились и открыли друг друга, а это так важно в семье. Я поняла, что мой человечек унывает, её грызут безысходные мысли, она становится пессимисткой.
Мне как раз попалась книга Михаила Лабковского «Хочу и буду. Принять себя, полюбить жизнь и стать счастливым». Автор, в результате многолетней практики психологического консультирования пришёл к такому выводу, что все проблемы взрослых людей уходят корнями в детские неврозы, страхи и недолюбленность. Мысль не новая. Но меня зацепила глубина исследования, примеры житейских ситуаций, при которых человек становится моральным инвалидом. Автор убеждён, что любой невроз можно постараться исправить. Я бы даже назвала эту книгу христианской, несмотря на религиозные взгляды (точнее, отсутствие таковых) у автора.
Сашины уши навострились и загорелись глаза. Мы читали по одному абзацу и бурно обсуждали прочитанное, каждая исходя из своего опыта. При этом я не могу сказать, что опыт моей младшей сестры был качественно ниже. Вот некоторые из правил Лабковского в нашем совместном толковании:
— «Делай то, что хочешь делать». Хочешь сочинять стихи — сочиняй! Строить скворечники — вперёд! Кататься на лыжах — да флаг тебе в руки! Мы живём один раз и пишем жизнь в чистовик! Главное: услышь не поверхностного себя, а настоящего, стержневого, то «я» которое внутри твоего сердца, и не разменивайся на мелочи.
— «Не делай того, что не хочется», того, что противно твоей натуре. В каком-то смысле это про внутреннюю целостность — не иди на компромиссы с совестью. Не будь конформистом и соглашателем. — А я, — добавляет мой умный собеседник, — в школу ходить не хочу, и что мне теперь делать? — Надо сказать, что Сашенька действительно не по- грешила против своей натуры, она перевелась на домашнее обучение, чему радуется каждый день. Сейчас у нее появился интерес к предметам, и улучшилось качество их усвоения. Сказалось это и на оценках.
— «Сразу говори о том, что не нравится». Очень полезный навык, но какой трудный. — Да, особенно мне с моим прямым характером — комментирует моё рыженькое чудо (когда мама мне сказала, что Шура выкрасилась в рыжий цвет, я удивилась, но, когда увидела её в живую, замерла в восхищении — ей очень идёт).
***
Рассматривали мы вместе фотографии, и вдруг Сашенька просит:
— А расскажи мне пожалуйста ещё раз, как я тебя напугала в прошлый приезд! Ты смешно рассказываешь!
— Сашок, я тебе расскажу не только случай пятилетней давности, но и всевозможные случаи из твоего малышовского периода, только ты держись за что-нибудь, чтобы от смешинки не упасть!
