– Им срать. – Равнодушно ответил Павел, поняв, что Андрей закончил.
– Им срать, пока мы от первых дубинок разбегаемся. А нечего космонавтов бояться – им самим страшно, обсираются, когда видят идущую на них многотысячную толпу. Собрать бы тысяч пятьдесят, кто ни шагу назад не отступится – тогда будут с нами считаться эти верховные начальники, посылающие на встречу разъяренной толпе своих подчиненных. В этом случае они начнут выполнять уже наши требования. Это моя цель.
– Ты, видимо, плохо учил историю – Китай восемьдесят девятого. Что ты будешь делать, когда придут танки?
– Не уверен, что солдат станет выполнять приказ «Стрелять», когда увидит улицы народа своей страны. Не станет, я уверен.
– Разбивать головы дубинками – это, конечно же, не так ужасно, это гуманно. – Съязвил Павел.
К ним подъехал черный автомобиль в кузове купе немецкого производства с тремя латинскими буквами на капоте. Андрей узнал машину и пошел в ее сторону. Павел следовал за ним.
– Вас подбросить? Может, нам по пути? – из открывшегося окна на них смотрело ухмыляющееся лицо.
Конечно же, это Жендос.
«Не знаю, насколько им тут плохо живется, как Дрон мне только что говорил, но на такую тачку я буду копить лет десять, если не больше».
– Ну что, бандиты, отдыхаете? – Спросил Женя, когда Андрей сел рядом, а Павел на заднее видение.
– Не, братиш, отдыхать мы будем этой ночью. – Ответил Андрей и кинул ему маленький пакетик с белым порошком. Пакетик отскочил от водителя к коробке передач.
– Как и обещал? – но он и по улыбке собеседника понял ответ и засмеялся. – Я вам такой отдых устрою, что о нем будут легенды ходить!
Жендос на скорости, в двое превышающую разрешенную, умело перестраивался из одного ряда в другой, обгоняя попутные машины. Из динамиков играла музыка техно, да и так громко играла, что всем приходилось орать при необходимости сказать что-нибудь.
Евгений Гаврилов, он же Жендос, был выпускником бизнес-школы в Англии. Он любил этим хвастаться, а на высказывания вроде «Ну и остался бы там строить карьеру. С таким-то образованием» или «Пошел бы дальше в университет, в Кембридж или вроде того, учиться» всегда отвечал «Буду продолжать дело отца». Отец у него был главным акционером компании-монополиста по поставке отечественного леса в страны Европы и Азии. И Евгений прекрасно понимал, что диплом это одно, а вот то, что он знаний толком там не получил – это совсем другое. Ну, кроме тех знаний, в какие ночные клубы Туманного Альбиона стоит ходить, где купить кокаин, куда съездить поучаствовать в уличных гонках (два спорт-кара разбил в них), где проводят время «легкие на подъем» симпатичные девушки. Пока никому не ясно, что кроется под словами «продолжать дело отца», потому что, хоть он и числился у отца в компании сотрудником, да и заработная плата ему перечислялась не маленькая, но никто из его знакомых еще ни разу не застал телефонным звонком в будничное дневное время за работой.
– Сначала мы едем ко мне домой. Переодеваемся, допингуем, и потом куда-нибудь пожрать.
Когда они подъехали к въезду в самый центр Столицы, Евгений притормозил у шлагбаума, и тот поднялся.
– И это все? – удивился Павел. – Машины не проверяются? А если у тебя целый багажник мексиканцев?
– Какие же пробки будут, если каждую проверять? Если подозрение кто вызывает, то постовой осматривает машину и проверяет доки всех пассажиров, ну или даже не у всех – меня всего раз проверили.
– Так можно постоянно возить кого угодно и бабки брать за это.
– А есть те, кто так и делает. Из-за Стены сюда – такса пятера.
– Охренеть. Это какое сильное должно быть желание, чтобы отвалить такие бабки только за проезд?! – Высказал Павел свое возмущение.
– Кому надо, тот платит. У ваших телок эта сумма отбивается в разы за выходные.
«Нескончаемый ад погони за счастьем. Хоть выходные провести рядом с Ними. Главное, назначить правильную цену за свое тело. Или так, или как моя Женя – мозги промывать и давить «Зарабатывай больше!». Всем хочется большего, чем они имеют. Дорогие машины, рестораны, брендовая одежда, настоящие драгметаллы и камни, элитный алкоголь, пафос и гламур – Женя считает, что в этом есть счастье и винит меня за то, что я не могу ей этого дать. Статус определяет не ум, положение в обществе и достижения, а стоимость мобильного телефона. А так как я не в системе, как и почти все, кто проживает за пределами центра, нет никак шансов на шоколадную жизнь. Социальный лифт сломался и не подлежит ремонту».
Евгений припарковал свой автомобиль у подъезда элитного многоэтажного дома. Чтобы точно сказать, надо считать, но Павел сразу прикинул, что стоимость квадратного метра жилья в этом доме никак не может быть ниже цены всей его двухкомнатной квартиры, а автопарк у дома – каждая машина на парковке стоит несколько его квартир.
– Если представители нашей власти тоже живут в таких хоромах и могут позволить себе такие автомобили, то вот она идеальная презентация борьбы с коррупцией. – Павел никак не мог свыкнуться с несправедливым разделом богатства страны, что он наблюдал сейчас своими глазами.
