Сергей понимал, что помочь девушке он ничем не мог. Объяснять, что это все бред, не имело смысла, она не поймет. Как люди ведутся на этих мошенников, он не понимал. Деньгами помочь тоже не вариант. Состоятельные знакомые, конечно, были, но далеко. И они, естественно, не дадут такую сумму. Да и вся ответственность за долг легла бы все равно на него. И это при том, что они даже толком и не встречаются, а просто спят вместе, спасаются от одиночества.
Литвинов взял ее за руку, крепко сжал, давая понять, что, мол, я с тобой. Сам смотрел в окно, на серые пейзажи Камброда. Не Лос-Анджелес, не Сан-Франциско, а какое все красивое. Кривые разрушающиеся домики, разбитые дороги, изрытые воронками от мин, пустующие гигантские заводы. Родная нищета. Как же все это дорого.
Побыв еще немного с Юлей, он ушел. Чувство, что он лишний в ее жизни, никогда не покидало его.
Снаряды продолжали ложиться на город. Время от времени «освободители» с украинской стороны напоминали о себе.
И произошла очередная трагедия. Военные Украины разнесли двухэтажный дом в старом городе, недалеко от одного из заводов. Произошел взрыв: дрогнули стены, обвалились перекрытия, и потолок рухнул вниз; стекла разлетелись на мелкие осколки. Жилище дымилось. На место происшествия выехало семь пожарных машин и несколько автомобилей скорой помощи. А также правоохранители.
Сергей отправился туда, чтобы сделать фотографии. Он старался никому не мешать. Вообще Литвинов был не из тех наглых журналистов, которые бесцеремонно достают людей и тыкают микрофоном или диктофоном в лицо. Нет, он всегда был спокоен и просто наблюдал за происходящим, чтобы потом описать это в своих репортажах. Часто окружающие даже не догадывались, кем он работал. Его могли выдать только фотоаппарат или диктофон, но даже их Сергей не всегда доставал.
Сотрудники МЧС разбирали завалы. Примчался джип с военными, они покрутились немного и отбыли.
Позже на место ЧП приехал мэр Манолис Пилавов. Литвинов знал его и уважал, так как это был один из тех чиновников, которые остались в городе с прежних, довоенных времен. Мэр рассказал журналистам, что в результате происшествия пострадали два человека. По словам медиков, мужчина 1967 года рождения получил 85% ожога тела, он находится в реанимации. Женщина 1971 года рождения пострадала меньше — у нее ожог в 15%.
Пилавов отметил, что это был дом 1916 года постройки, его общая площадь составляла 417 квадратных метров, здание являлось памятником архитектуры и защищалось законом сначала Украины, а теперь народной республики.
— Вот так украинские войска воюют, — грустно развел руками Пилавов. — Не только с нами, жителями города, но и с историей нашей общей. Но им она не нужна, у них теперь новая.
Когда-то в этом доме находились мастерские художников. Они писали здесь картины, делились идеями о новых произведениях и будущих выставках. Потом дом стал жилым, но дух творчества отсюда не ушел. Однако украинская ракета все-таки выбила его.
— Здание будут восстанавливать? — спросил Сергей.
— Пока точно нет. Сейчас не до этого, — развел руками мэр.
— А что будет с людьми, которые здесь жили? — поинтересовалась журналистка с местного телеканала.
— За них не переживайте. Найдем, где разместить на первое время. А там будем с каждой семьей решать в индивидуальном порядке. Постараемся помочь по максимуму, — ответил Манолис Пилавов.
Сергей встретил своего знакомого Руслана, который работал в прокуратуре.
— Очередное уголовное дело против укров? — скептически спросил Литвинов.
— Ага. Ну, ничего. Надеюсь, когда-нибудь они за все ответят. Тем, кто в живых останется. Черный юмор, конечно… Но все же это юмор, и он немного помогает. Ладно, дел невпроворот, Серый. Давай.
Журналист махнул рукой на прощание. Руслан хороший парень, нервный только, дерганый. Стал таким после одного из обстрелов, когда снаряды падали рядом.
Семьи, оставшиеся без жилья, разместили в профилактории университета. Через несколько дней после обстрела Сергей решил сделать небольшой репортаж, надо было съездить и посмотреть, как теперь живут пострадавшие люди.
Комендант профилактория, молодая симпатичная девушка по имени Люба, охотно все рассказала:
— Людям предоставлены кухня и столовая, микроволновая печь, холодильник, посуда. Также люди обеспечены постельным бельем, у нас есть горячая вода. Если у них какие-то вопросы, то решаем их по мере поступления.
Сергей походил по комнатам. Действительно, потерпевшие были обеспечены минимальным комфортом, но долго жить в таких условиях они не смогут. По словам Любы, пострадавших селят по семьям, поэтому в комнатах живут от одного до пятерых человек. На первом этаже разместили двух инвалидов.
— Некоторые благотворительные организации и просто люди уже приходили и оказывали помощь питанием, вещи приносили, — эмоционально сказала комендант.
Литвинов попытался поговорить с кем-то из потерпевших, но они наотрез отказывались. Сергей это понимал.
