В одном платье вышла на улицу. У здания ресторана уже не толпились журналисты и фотографы. Даже швейцары отсутствовали. Порядком стемнело, и ушли все яркие краски. Осталась лежать только красная дорожка. Огляделась. На улице практически не было людей, да и машины редко ездили по дороге. В голове так пусто. Я не могла понять, что мне дальше делать. Что нужно? Куда-то идти? А куда? Внутренний голос кричал, чтобы я бежала как можно дальше от этого места. По инерции сделав шаг в сторону, пошла по широкому тротуару. От переживаний я не чувствовала холода. Прохожие смотрели с удивлением. Нечасто в середине октября встретишь девицу в одном платье на улице. Но мне было все равно, я думала только о том, что мужчина моей мечты, тот, кого я люблю, женится. Если раньше оставалась мизерная надежда, что он придет, объяснится и извинится за то, что сделал, а я его прощу, и мы будем вместе, то теперь этот шанс испарился, как и мои потаенные желания. Внутри разрасталась пустота, пожирающая все чувства, словно трясина, засасывающая в болото, из которого уже никогда не выбраться. Хотелось закричать от бессилия, но я сдержалась. На тело навалилась такая усталость, что ноги еле передвигались. Я не знала, куда шла. Не смотря по сторонам, перебирала ногами, не замечая ничего и никого вокруг.
Неожиданная холодная капля дождя, упавшая на лицо, остановила меня. Подняла взгляд вверх, только сейчас замечая, что небо затянуто грозовой тучей. За первой каплей выпала вторая, третья… И ливанул дождь. Он бил так сильно, словно лупил меня за что-то. По лицу вместе с каплями стекали горькие слезы. Но даже холод дождя не принес утешения.
Я продолжила свой бессмысленный путь. Шла медленно. И без того редкие прохожие и вовсе испарились. Подходя к пешеходному переходу, заметила, что осталось пару секунд зеленого света, и неожиданно рванула вперед, чтобы успеть перейти дорогу. Понятия не имею, откуда у меня взялись силы на бег, но стоило вступить на пешеходный переход, боковым зрением заметила, как резко остановился черный седан неподалеку. Побоявшись, что он меня собьет, отпрыгнула в сторону и, обернувшись к незнакомой машине, заметила, как водительская дверца распахнулась, и оттуда вышел человек. Из-за стены дождя и слез не сразу смогла разглядеть его лицо. Только когда он подошел ближе, мое сердце вновь упало в пятки.
— Пошли в машину, — проговорил Руслан, остановившись передо мной. Я понятия и не имела, откуда он взялся. Как нашел меня. А может, я сплю и мне все это снится? Ведь не может он на самом деле сейчас здесь стоять передо мной. Он должен быть в ресторане со своей невестой.
Я только кивнула на его слова. Боялась сказать хоть что-то. Вдруг, стоит мне произнести один звук, как этот прекрасный сон закончится, и мой мужчина испарится. Только вот я отчетливо почувствовала его крепкую хватку, когда он приобнял меня за плечи и повел в сторону машины. Сам усадил на переднее пассажирское сидение и, захлопнув дверцу, оббежал автомобиль и устроился на водительском месте. Машина тронулась, и мы поехали вперед. Я чувствовала, как с меня стекает вода, падая на дорогую кожаную обивку сидения. Руслан молчал, а я не спрашивала, куда мы едем и почему, главное — он здесь сейчас, со мной. И только, когда мы проехали несколько метров, почувствовала, как замерзла. Я вся дрожала. Что не укрылось от Бекетова.
— Ты вся дрожишь, — сказал он и потянулся к панели, нажал какую-то кнопку, и сидение подо мной вскоре стало теплым, а в ноги подул горячий воздух, только и от этого я не смогла согреться. Меня продолжало колотить от холода.
Мы минут двадцать ехали молча. Я смотрела за окно на вечерний город. По крыше машины стучали тяжелые капли дождя, словно предвещая что-то нехорошее, но мне было все равно. Неважно, что случится потом, ведь сейчас я счастлива, пусть зверски волновалась и сильно замерзла. А еще у меня возникла сотня вопросов.
В какой-то момент машина подъехала к высотке и свернула на подземную стоянку. Я понятия не имела, где мы находимся, но вопросов не задавала. Руслан припарковался и, заглушив мотор, молча вышел из машины. Обойдя ее, он открыл мне дверцу, протянул ладонь, за которую я тут же схватилась и вышла из салона.
— Идем, — сказал он.
А я до сих пор молчала, не задав ни слова. Переплетя наши пальцы, мы пошли к лифту. Створки открылись, пропуская в кабину. Руслан нажал на кнопку нужного этажа, и мы плавно стали подниматься. Стены лифта были зеркальными, и от меня не укрылось мое отражение. Волосы висели мокрыми паклями, макияж потек, и от туши остались черные полосы на щеках. Выглядела не самым прекрасным образом, в отличие от Руслана. Он, как всегда, был хорош, только лицо немного мрачное и бледное. Губы сжаты в тонкую линию. Он злится? На кого? На меня или на себя? А может, все это придумал мой уставший мозг?