Стоя в гримерной и поправляя платье на модели, чувствовала, что трясутся не только руки, но и ноги, да и вообще, я вся дрожала.
Это был мой первый показ мод. Прошло четыре года после нашего разговора у отца в машине. Тот Новый год словно что-то изменил в моей жизни, дав зеленый свет.
Что произошло за четыре года? Да многое.
Начнем с семьи. Наши отношения с отцом поменялись. Мы стали доверять друг другу. Да и вообще, обстановка в семье как-то перевернулась. Несмотря на то что Ира не воспитывала меня с детства, я стала называть ее мамой. Не могла по-другому. Как-то встав с утра, поняла, что эта женщина мне как мать, которой у меня никогда не было. Да, я жила с биологической матерью, но мы были настолько далеки, что даже не считались семьей. Мои родные меня поддерживали во всем. Кстати, Лера и Гена скоро поженятся, и сестра попросила, чтобы свадебное платье сшила ей я. Работа практически уже завершена, оставались только незначительные штрихи. А вчера, за семейным ужином, мы узнали, что Лера беременна. А я-то думала, откуда у нее появились щеки, и взгляд стал еще счастливее.
Личная жизнь. С ней все до боли просто. После Руслана у меня так никого и не было. Да и как полюбить кого-то, когда ты уже влюблен. Чуть больше трех с половиной лет назад в семье Бекетовых произошло пополнение. Об этом трубили все социальные сети и гламурные журналы. У Руслана и Изабель родилась прелестная дочка, которую назвали Татьяной. Удивилась ли я? Конечно. А сестрица до сих пор говорит, что не просто так Руслан назвал свою дочь моим именем. Но я только мысленно радовалась за него и желала счастья.
А вот об Андрее мне известно чуть больше, чем о Руслане. Мы иногда с ним виделись. Встречались в ночных клубах. И вообще, стали хорошими знакомыми. Известная фамилия сыграла роль в жизни Андрея. После того как он с отличием окончил институт и стал адвокатом по разводам, к нему пришла «слава». Безумно красивый, эгоистичный, самовлюбленный, заносчивый, упертый, добивающийся всего, идущий по головам — вот что о нем говорили окружающие. И не зря: Андрей еще не проиграл ни одного дела, отсуживая у бывших супругов миллиарды и выходя из зала суда победителем.
Ну и, конечно же, об учебе. О ней можно говорить вечно. Я безумно любила свою профессию, хоть обучение было не таким уж и простым. На первом курсе совмещала учебу и работу. Мне нравилось быть в постоянном движении, что-то делать и ложиться спать усталой. На втором курсе у нас началась уже практика, мне пришлось бросить работу и снова в финансовом плане сесть на шею отцу, но он не был против.
Помню первую практику в доме моды. Это было нечто. Как раз в тот момент, когда мы пришли, готовился осенний показ. И каждому из студентов дали на выбор моток ткани, нитки и какие-то безделушки, которые, казалось, вообще не нужны. Из всего этого добра нам предстояло сделать шедевр. И на все про все дали час. Как я тогда волновалась! Все пальцы себе исколола иглой, пытаясь изобразить что-то похожее на наряд. В итоге нам всем, двадцати студентам, сказали, что мы бездари! И я только потом уже узнала, что это была похвала из уст известного модельера страны.
— Татьяна Евгеньевна, вы готовы? Через пять минут ваш выход!
Обернулась к стоящей позади меня женщине. Она отвечала за сегодняшний показ, на который пришли не только журналисты и фотографы, но и актеры, музыканты, жены миллиардеров, иностранные гости из сферы моды. Я шла последней после всех известных модельеров. Меня, как лучшую из института, поставили на показ. Узнав эту новость, первые секунды так перенервничала, что возникла мысль отказаться. Ведь я не была готова, и на подготовку отводилось полгода. А что такое полгода? Это же малость. Но я справилась. Не спала практически ночами, разрабатывая собственную линейку нарядов. Показала своему куратору, она приняла ее восторженно, сказав, что меня ждет успешное будущее.
— Да. Все готово.
На мгновение обернулась к модели. На девушке было легкое шелковое платье темно-желтого цвета с оголенной спиной и высоким жестким воротником, с вышитыми на нем мелкими ромашками серебряной нитью, а на голове — ободок уже с живыми цветами. Осмотрев девушку и убедившись, что все идеально, я на дрожащих ногах вышла в широкий коридор, замечая за кулисами своих моделей. Пробежалась по каждой взглядом, понимая, что и правда мои наряды выполнены прекрасно. Но меня все равно трясло. Из зала доносилась музыка, голоса гостей, щелканье фотоаппаратов. В отражение металлической стены заметила свое лицо. Я немного поправилась. Формы округлились, появились грудь и бедра. Я теперь не плоская, как доска, исчезла болезненная худоба. Розовое шелковое платье без рукавов собственного производства сидело идеально. Из V-образного неглубокого выреза видны округлости грудей. На ногах легкие удобные балетки. Волосы заделаны в небрежный пучок. На шее висела мерная лента, а с запястья я совсем забыла снять черную подушечку для иголок. Хорошо, что игл там не было. В глазах горел огонь предвкушения и радости.