4. Факт, любовно запечатленный Д. Т. Нэнджером в его статье «Рыбные предпочтения пресноводного кальмара, выявленные в ходе контролируемого эксперимента с крючком, наживкой, по-настоящему большой лодкой и крепкой леской»; скоро выйдет в печати.
5. Действительно, хотя «Общество» так и не опубликовало стенограмму второй экспедиции, такая (тоненькая) брошюра могла бы быть озаглавлена «Оборвавшееся путешествие Еноха и Бернара, в ходе которого каноэ перевернулось и крокодилы станцевали веселую джигу на наших доблестных…»
А вот теперь поговорим не о том, чем не является королевский кальмар, а о том, что он собой представляет. Он великолепен и многообразен. Он мифичен и, для некоторых заблуждающихся, божественен. Для более практичных натур он — отличное блюдо с гарниром из картофеля и бокалом бренди.
Что для разных людей он может быть разным, возможно, объясняет тот факт, что кальмарологи выделили более 600 разновидностей кальмара. Большие, малые и среднего размера, продолговатые, плотно сбитые, гибкие и длинные — все виды существуют в океане, в озерах и реках. Клювы — как у попугаев. Кожа, которая вспыхивает пламенем и брызжет искрами собственного могущества, в зависимости от времени суток и температуры окружающей среды бывает то приглушенно-серой, то мерцает изнутри, как огоньки процессии в ночь Праздника. Иногда жесткая, иногда мягкая, иногда плотная, как мышца, иногда подрагивающая, как желатин. Одни кальмары способны подбрасывать собственные тела из своего водного Царства в воздух, так что кажется, будто они летят! Другие обитают в самых глубоких впадинах реки Моль. Одни собираются, дабы посовещаться, точно плавающие заседатели в кожистых судебных мантиях. Другие — анахореты и не терпят даже собственного общества. А третьи, повинуясь своей природе, принуждены сносить общество низших видов, пока не смогут подняться до более возвышенного состояния.
Попытавшись в черновике упорядоченно (6) и механически, точно детскую считалку, перечислить общие характерные особенности кальмара, должен признать, что чем ближе мы подходим к нему самому, тем больше мое волнение: моя мантия становится лазурной от возбуждения, моя воронка выступает заметнее, мои присоски подгаривают. Фигурально выражаясь.
Как известно каждому юному кальмарологу (выпущенному дабы счастливо сидеть над приливной заводью (на Южных островах) или обретаться вокруг пилингов в доках (в Амбре), почти у всех кальмаров имеется восемь рук и два щупальца, служащих для захвата добычи и прочим целям. Возможно, об этом я уже упоминал. (Закопавшийся в книгах кальмаролог сможет отыскать материалы по теперь уже вымершему морроускому иловому кальмару, щупальца которого по достижении взрослого возраста втягивались в тело, оставляя лишь дряблые отростки. Эту позорную особенность королевский кальмар не разделяет.)
Некоторые выродившиеся виды — вонючий кривоклювый кальмар, (так уместно названный) увечный стоктонский кальмар, отвратительный сафнаский задница-кальмар — имеют руки различной длины. В противоположность им, королевский кальмар — воплощение доброго здоровья, все его восемь рук равной толщины и длины, а два щупальца — длиннее их лишь на несколько футов.
Его щупальца — чудо биоинженерии и выполняют несколько элегантных функций, но главное, служат для того, чтобы подносить жертву к ее кончине, иными словами к пасти. Однако кончина эта не столь уж быстрая. Королевский кальмар не проглатывает свою пищу целиком, как это делает раздутомантиевый кальмар, обитающий в регионе озера Олфар. Также он не бьет ею о подводные скалы, дабы ее размягчить, как это делает пурпурный быкоголовый кальмар, водящийся у побережья Скэтии. Вместо этого королевский кальмар должен рубить и растирать свою пищу при помощи клюва, зубов и пистоларо (органа наподобие языка).
Почему королевский кальмар должен так поступать? Увы, как известно каждому юному кальмарологу, хрящи в голове кальмара малоэластичны, а она уже вместила в себя множество чудес: лучезарные глаза, большой мозг, пищевод.
Есть ли здесь какой-то дефект или это некий, еще не разгаданный кальмарологами замысел матери-природы?
А глаза! Если, как, кажется, полагают многие врачи (7), глаза служат зеркалом души, то королевский кальмар спустился к нам с труффидианских небес. Во-первых, зрение у кальмара не бинокулярное: каждый глаз видит то, что находится по его сторону головы. В результате кальмар видит вдвое лучше человека и в четыре раза лучше тех из вас, кто носит очки. Во-вторых, эти глаза встречаются всех форм и размеров: от глазищ величиной с колесо телеги до глазок-пуговок. Продолговатые, круглые, овальные, щелочки, треугольные, сферические, восьмигранные. По цвету они варьируются от оттенка зелено-золотого заката над Амброй, увиденного сквозь решетку (нотной линейки), до красно-серебристого мерцанья юбки богатой дамы в часы посещений.
