Шарлотта сжала зубами соломинку. По правде говоря, теперь, когда письма снова были у нее в руках, вернее, за стеной ее кабинета, она чувствовала некоторое головокружение от облегчения. И воспоминания нахлынули на нее с новой силой.
Ох, Юрий… Какой это был любовник! Однажды ночью они занимались любовью в каком-то темном уголке возле дворца. Некий позабытый образец скульптуры впивался ей в спину, а Юрий держал ее за горло, бормоча что-то ласковое по-русски. И он показал ей, что такое молот и что такое серп!.. Шарлотта скрестила ноги. Сейчас таких попросту не бывает. Все, на что она может рассчитывать теперь, – это легкий флирт с каким-нибудь дубленолицым лоббистом из Национальной стрелковой ассоциации. Тогда у нее был не поддающийся описанию секс с агентом КГБ на роскошной, восемнадцатого века, кровати с балдахином. При этом ее любовник обращался к ней не иначе, как «мой американский пуделек!»…
Как же звали дурацких собачек? Одна Люси, а вторая?…
Однако она отвлеклась. Ладно. Настало время привести корабль в гавань. Шарлотта завернула изжеванную соломинку в бумажный платок и выбросила в корзину. Потом подняла трубку и вызвала Мэдж.
– Я готова встретиться с мистером Вульфманом, – ласково проговорила она.
– Хорошо, мэм. Сейчас я его провожу.
В голосе Мэдж слышалось облегчение. Майлз, должно быть, залил своим потом всю мебель.
– Не надо его провожать. Просто пришлите его ко мне.
– Слушаю, мадам сенатор.
Шарлотта взяла со стола какую-то папку и сделала вид, что поглощена ее содержимым.
– Закройте за собой дверь, – приказала Шарлотта, не поднимая глаз от бумаг.
Она услышала, как затворилась дверь и Майлз прочистил горло. В дальнем конце ее кабинета, перед камином, было оборудовано уютное пространство для переговоров, а лицом к ее столу располагались два комфортабельных кожаных кресла. Майлз топтался на ковре посередине комнаты, явно не зная, в какую сторону направиться. Периферийным зрением Шарлотта заметила коричневый портфель, который он сжимал в правой руке. Она с трудом сдержала желание перепрыгнуть через стол и выхватить его. Правильный выбор времени решает все. Шарлотта позволила Майлзу потомиться еще минуты три.
Наконец она подняла голову, как бы ненароком. Небритое лицо Майлза было пепельного цвета. Мятый костюм, на галстуке темное пятно.
– Садитесь, – сказала Шарлотта нейтральным тоном, не указывая, куда именно.
Майлз еще немного помялся на ковре, в конце концов выбрал одно из кресел перед ее столом. Шарлотта закрыла свою папку, бесстрастно наблюдая, как он усаживается. Он положил портфель себе на колени, словно собачку.
– Мадам сенатор, – собравшись с духом, начал он. – Я не совсем понимаю, что здесь происходит, но…
– Что ж, Майлз, – приветливо отозвалась Шарлотта, – в таком случае вам крупно повезло, что хотя бы я понимаю, что происходит, не так ли?
Она дала ему время переварить это. Ей не хотелось просить отдать портфель – она хотела, чтобы он сам преподнес его. У Майлза должно остаться в памяти, что он отдал ей письма своими руками, и он не сможет потом утверждать, будто его «вынудили» или еще что-нибудь в подобном роде.
– Вы выглядите уставшим. – Шарлотта одарила его беглой улыбкой. – Если бы вы заранее предупредили меня о том, что планируете путешествие, я смогла бы организовать вам комфортабельный перелет.
– Мне казалось, что необходимо действовать быстро, – начал Майлз, делая достойную восхищения попытку сохранить профессиональное хладнокровие. – Документы попали ко мне совсем недавно. Произведя беглый осмотр, я убедился, что бумаги – те самые, которые вы поручили мне… отложить для вас. Я поместил их в свой сейф. Однако события, произошедшие во дворце в последнее время, заставили меня усомниться в том, что мой компьютер и мобильный телефон безопасны. Я решил, что будет лучше, если я доставлю вам документы лично. Чтобы исключить риск того, что они окажутся опубликованными или попадут не в те руки.
Шарлотта слушала, сочувственно кивая. Ей стало любопытно, какую историю он собирается ей преподнести. Портфель, однако, оставался лежать у него на коленях. Она заметила, что костяшки пальцев у Майлза побелели, а на верхней губе выступили бисеринки пота.
– Я предположил, что за мной могут следить, – продолжал Майлз, – и увяжутся за мной в аэропорт. Чтобы сбить их с толку, я притворился, будто заказываю билет в Нидерланды. Я собирался оторваться от преследователей в толпе, после чего вернуться обратно и найти рейс в Вашингтон.
– Боже мой, прямо как в шпионском романе, – мягко заметила Шарлотта. – Вы сильно рисковали.
– Со всем уважением, мисс Йейтс, – тихо проговорил Майлз. – Мне кажется, вы гораздо лучше меня знаете, что значит рисковать.
Шарлотта прищурилась.
– Вы так считаете, Майлз?
