– Так, шепнули на ухо, что на Москворецкой есть дом, где картежники собираются. В каком именно, неизвестно, но точно на Москворецкой. А здесь только один дом, который под гостиницу сдают. Летом спрос есть, а зимой не очень, вот хозяин и сдал дом… не буду утверждать, что Алику, его имя в протокол не попало. Там действительно играли, но только в карты, ни рулетки, ни крупье. И на картах крупье не было, то есть был представитель казино, но затерянный в массе игроков. Со стороны выглядело, что люди просто собирались, просто играли, и никакой тебе организованной преступности.
– Но на самом деле дилер был?
– Лева Бубенцов был, но он сказал, что пришел всего лишь поиграть.
– В общем, выкрутился.
– Но казино мы закрыли.
– И как выглядел этот Лева, белый верх, черный низ, галстук-бабочка?
– Да нет, обычный прикид. Чтобы из толпы не выделяться.
Малахов кивнул, слушая майора, – перед ним в яме действительно мог лежать организатор нелегального казино. Знал он, как мухлюют дилеры, специально сдают карты так, чтобы клиент постоянно проигрывал в пользу казино. А клиенты далеко не всегда законопослушные граждане. И ножом пырнуть могут, и удавку на шею… Но скорее, ударят ножом. Сгоряча удавку обычно не накидывают. Удавка – оружие подготавливаемого убийства. Так что версия с дилером не совсем подходит, хотя все возможно…
– Личность покойного установили? – запоздало поинтересовался Груздев.
– Верхние карманы пустые, нижние пока не трогали, тело переворачивать надо… Да и не будет ничего, если труп сбрасывать несли.
– Подчистить могли, – согласился Щеколдин.
На перекресток выехал микроавтобус следственно-оперативной группы.
– Думаю, тут без нас обойдутся, – глянув на Груздева, сказал Малахов. – А мы бы сорок вторым домом занялись. И Левой Бубенцовым.
– Можно прямо сейчас к нему отправиться, – добавил Щеколдин.
Из машины вышли полицейский дознаватель, судмедэксперт и Тяжмаш со своим чемоданом. Следственный комитет пока своего представителя не прислал – вдруг труп вовсе не криминальный, – хотя Артем уже вносил уточнение, после того как отзвонился по происшествию. И еще Груздев увидел майора Слонова, прибывшего с группой. Толковый парень, открытый, коммуникабельный, спортивный, подтянутый, всегда в отличной форме и хорошем настроении, он запросто мог заменить Щеколдина. В общем-то, Слонов и возглавлял чисто уголовный розыск. Должность у Щеколдина такая же объемная, как и его обязанности: заместитель начальника полиции по оперативной работе, плюс начальник отделения уголовного розыска, но ему также подчинялась и экономическая безопасность, и противодействие обороту наркотиков, и даже кинологическая служба. В общем, Слонов на месте, Щеколдина можно отпустить, раз уж ему не терпится поработать в поле.
Сорок второй дом не подавал признаков жизни, никто не вышел на звонок, ни одна занавеска не шелохнулась, собака залаяла только в соседнем дворе. На шум вышла женщина, в ответ на вопрос она лишь пожала плечами, на прошлой неделе хозяина видела, на пару часов заскочил и уехал. Сегодня ночью окна точно не светились. И про убийство ничего не знала, не видела, не слышала, чтобы труп из дома выносили. И не врала, не выкручивалась… Одним словом, темный лес.
Щеколдин заглянул в свои записи, нашел номер хозяина дома, позвонил, Гнедой Кирилл Антонович сказал, что дом пока не сдается, с клиентами проблема, не сезон еще, но как только, так сразу. О том, что в его доме кого-то могли убить, он, разумеется, не слышал, но готов сотрудничать, лишь бы только не попасть в криминальную сводку. Дурная реклама, понятное дело, ему ни к чему. Еще Щеколдин спросил про камеру над воротами, но, как оказалось, цикличность записи составляла всего неделю, если что-то и попало в объектив, то давно уже стерлось.
Майор уже собирался сбрасывать вызов, но тут вмешался Артем.
– Про гирю спроси, – тихо сказал он. – Гиря в доме была?
– Да, и еще. Гиря в доме была?.. Не пропадала?.. А вы узнайте… Прямо сейчас и гляньте.
Щеколдин закончил разговор и положил телефон в карман.
– Хитрый жук, этот Гнедой, очень осторожный, такой на деньги играть не будет. Дом сдавал, а сам не играл. А если просто так кого-то убил… Просто так любой на Замоскворецкой мог убить.
– И на Садовой.
– Или в кафе… – вслух подумал Щеколдин.
И этим ущипнул Артема за рабочий нерв. Действительно, убитым мог оказаться клиент работающего кафе, а они вцепились в давно закрытый катран. Вернее, он вцепился. Щеколдин всего лишь подчеркнул, что недаром ест хлеб, похвастался, можно сказать, результатом своей деятельности.
Артему бы взять катран и Леву Бубенцова на заметку, оставив эту графу из списка на потом, а он «вскочил на коня» и сейчас ехал к этому самому Бубенцу, который жил в поселке, примыкающем к Покровску. Ехать недалеко, но на полпути попали в пробку.
